Влюблённый в Смерть

Теперь она стояла и думала, стоит ли мыть пол сейчас или лучше это сделать утром, перед обходом.

От запаха хлорки старик закашлялся, не приходя в сознание, и закрыл глаза. Раздался характерный звук опорожняемого кишечника и воздух заполнился едким запахом, перебивающим даже аромат хлорки. «Фу!», – поморщила нос Петровна, – «Никаких памперсов на тебя не напасёшься, старый хрыч! Вот и лежи до утра, дыши своей вонью!». Она демонстративно пнула ногой функциональную кровать, подобрала швабру и вышла из палаты.

Старик засопел, но глаз не открыл.

Казалось, что он спит или находится без сознания. Однако он всё видел и слышал. Более того, он ощущал запахи и всё чувствовал. А чувствовать ему было что: от долгого лежания в одной позе кожа на его спине начала отслаиваться от костлявого тела и образовались огромные пролежни (кожные карманы) величиной с ладонь. Они и так очень болели, а недавнее расстройство пищеварения вообще доводило его до белого каления.

Старик кричал, плакал и корчился от боли внутри, но его тело лежало на больничной койке почти неподвижно.

Врачи и медсёстры тщательно и добросовестно выполняли свою работу. Санитарки тоже усердно трудились и делали всё возможное, чтобы облегчить жизнь своим пациентам. Правда, Петровна считала иначе. Она могла сказать про старичка: «Да хоть бы уж скорей помер, только место занимает».

Медсёстры нет-нет, да и пристыдят старушку: Нельзя, вот так к живым людям относиться! Петровна каялась, крестилась, а потом опять бралась за своё. Но работу она выполняла честно, поддерживала идеальную чистоту в боксах, а потому в отделении за неё держались.

Ну а кто ещё согласится в ночь работать в отделении, где часто приходится вытаскивать людей с того света, за мизерную оплату?

Иннокентий корчился от боли, но всё же обратил внимание, что Петровна кого-то очень сильно ему напоминает. Её поблекшие, но всё ещё живые и выразительные глаза, скрывали какую-то тайну. Но вот какую? Старик никак не мог это понять из-за сильной боли, которая мешала ему сосредоточиться.

В жизни Иннокентий не казался слабым или безвольным человеком. В жизни ему чаще везло, но сам он никогда не пытался урвать себе место под солнцем. Когда только началась война в Афганистане, он ушёл на фронт добровольцем, и честно отслужил 1,5 года, пока его не комиссовали из-за контузии. Вот там всё было понятно, где враги, а где друзья. Чуть промедлишь и отправишься на тот свет. Но это ещё не самое страшное. Страшней, если из-за твоей ошибки погибнут другие.