Чужая

Но на стук никто не ответил, тогда она, чуть не плача, начала стучать сильнее.

– Кто там? – через некоторое время, за дверью послышался женский голос. – Кого принесла нелёгкая?

– Откройте, пожалуйста, – слабым, писклявым голосом, но радостная, что не одна, проговорила Александра, – я с поезда, я приехала сейчас!

Дверь распахнулась и на пороге показалась женщина с ружьём в руках, наставленным на Александру. Девушка чуть не присела от испуга. Взглянув на неё, женщина опустила ружьё.

– Заходи, – сказала она, – а то выстудим избушку!

Трясущимися руками, Александра затащила свои вещи и, без сил, опустилась на лавку у двери.

Закрываясь за ней, хозяйка дежурки стукнула большим металлическим запором и отошла в сторону, разглядывая девушку.

– Тебя какой чёрт в ночь принёс? – спросила она, видя, как её ночная гостья напугана.

Александра подняла глаза, но ответить не смогла: тело трясло, зубы сжала так, что они скрипели друг об друга. Женщина не настаивала на ответе, дав девушке время немного успокоиться и, покачиваясь с боку на бок, отошла к печи.

Пододвинув чайник на центр, докрасна раскалённой плиты, села на табурет у стола молча наблюдая за девушкой. Та потихоньку приходила в себя. Глаза начали двигаться, осматривая небольшое, полутёмное помещение.

– Если бы я не встретила Зинаиду, – думала Александра, вспомнив, как осталась одна на платформе, – и не узнала о дежурке, чтобы я делала? Сидела на чемодане посреди тайги? Одна в темноте, а если бы волк или медведь? Они же съели бы меня.

Как страшно! Что я наделала, почему поехала раньше времени? Ведь никто не знает о моём приезде, поэтому не встречают. Правильно сказала Зинаида, что с тайгой шутить нельзя. Она не любит слабых и не знающих людей. Это судьба мне послала её. Никогда не забуду, как она меня спасла!

На плите закипел чайник. Женщина встала и, не проронив ни слова, отодвинула его. Поставила на раскалённую плиту сковородку, положив на неё два огромных, размером с ладошку, пирога.

Повернулась к Александре и увидев, что та наконец-то пришла в себя, женщина одобрительно покивала.

– Раздевайся, – тихо скомандовала она, – будем чай пить, да спать укладываться. Утренний поезд придёт в пять, так что у нас ранний подъём.

Немного придя в себя, Александра смогла уже реагировать на обращённую к ней речь. Трясущимися руками, с трудом расстегнула пуговицы и сняла пальто. По избушке начал разноситься приятный аромат жареных пирогов.