Подари мне любовь

– Сонечка, что ты так волнуешься? – видя её тревогу и беспокойство, смеялся и, нежно обнимая за плечи, приговаривал Кирилл. – Это вполне нормальная работа и в ней нет ничего опасного! Когда-нибудь возьму тебя с собой на аэродром и посмотришь сама.

– А туда можно?

– Посмотреть, посидеть в вертолёте можно. Вот на вылет со мной, конечно, нельзя. У меня есть друг – Сашка, правда, на другой машине летает. Ты не поверишь, но он даже маму привозил на площадку, чтобы успокоилась и не волновалась.

– Что-то я сомневаюсь, что, увидев летающею махину, можно успокоиться?! – недоверчиво глядя на него, сказала Соня,

– Знаешь, Сонечка, у нас хороший дружный коллектив, опытные лётчики, – понимая, о чём она, серьёзно объяснил Кирилл.

 – Мы, конечно, птенцы против них, но постоянно учимся. Наша работа подразумевает постоянное совершенствование в профессии. Думаю, что Сашину маму успокоило то, что мы в надёжных руках, под начальством опытных лётчиков, чем оттого, как выглядит вертолёт.

Но Соню почему-то не убедил ответ.

Она с тревогой продолжала слушать, как казалось Кириллу, будничные, ежедневно происходящие с ним истории.

Во второй половине дня, в шестнадцать часов, как заведено в их семье, был обед. После такого количества съеденных пирогов и выпитого чая есть, конечно, не хотелось, но, чтобы не обидеть хозяйку и, не нарушать чужие традиции, пришлось ещё и пообедать.

Евгения Григорьевна наготовила и накрыла праздничный стол. На белоснежную скатерть выставила дары из сада и огорода, в виде салатов, икры и солонины, в таком изобилии, что Соня была приятно удивлена!

Все баночки, которые она принесла из кладовки, были закрыты красно-бежевыми салфетками в клетку и перевязаны ленточками с красивым бантиком.

В банках для украшения и аромата лежали листики: вишнёвые, дубовые и смородиновые. Соня помогала раскладывать это чудо по вазочкам, удивляясь и восхищаясь многообразием заготовок, сделанных руками бабушки и мамы Кирилла. Стол ломился от всевозможных яств, но гвоздём программы была жареная курочка! Зажаристая шкурка блестела медью и соблазняла приятным ароматом, заполнившим кухню.

Кирилл пододвинул к себе курицу, взял нож, большую вилку и начал аккуратно разделывать.

– Сонечка, тебе какой кусочек? – улыбаясь и, поглядывая на наблюдающую за его руками девушку, спросил он.

– Поменьше, я не могу, в меня просто не влезет! – со страхом глядя на курицу и понимая, что есть больше не может, ответила Соня.