Если твоя вторая половина – Джин

Рожи-то вокруг них какие! Как тебе такой поворот?

– Это уж точно! Правда… Она всего лишь человек и никогда не станет сильной джинной, такой, как, если бы она ею родилась.

– С этим можно, конечно, и поспорить. Но при чём тут это?

– А при том, что не каждый захочет связываться с полуджинной… И вообще, не пугай меня. Не уйдёт она. Как раз люди очень даже способны на сильные чувства. Если любят, то любят, ненавидят, так смертельно. У них женщины могут оплакивать мужчин всю жизнь!

– А мужчины?

– Кто их знает.

Мне на них не жениться… Встречал несколько. Пьющие, гады. Курящие.

– Ну, началось! Камень в мой огород.

2 глава

Светлана с утра решила идти устраиваться на работу. Половину ночи ей мерещился хитро улыбающийся бульдог, летающий в кабинке лифта в обнимку с очкастым кактусом. При чём тут кактус во сне она никак не могла понять. Просто так приснилось – и все.

Проснулась она в страшной панике.

– Досиделась в одиночестве. – бормотала она себе под нос, собираясь. – Так я скоро совсем дурочкой стану.

Нужно общаться с людьми. Пойду, поброжу, поищу работу. Подышу, наконец, воздухом, а то… Ну, надо же такому привидеться?! Говорящая Собака! Собака? Да, собака. Господи, Я сошла с ума.

Проходя к выходу мимо зеркала в прихожей, Светлана глянула в него.

– Тьфу! Сумасшедшая! – возмущённо плюнула она на увиденное и выскочила вон.

К лифту подойти на этот раз побоялась. Буквально прокралась мимо него. Не дай Бог, проглотит вместе с потрохами.

На лестнице опасливо оглянулась, боясь снова увидеть говорящего пса.

Но там никого не было, кроме окурка сигары, брошенного ниже на ступеньках. И «полетела» стремглав по лестнице, как в детстве, перескакивая через несколько ступенек, вниз.

На улице женщина окончательно уверовала, что вчерашнее безобразие с говорящей собакой ей просто приснилось. Ведь в жизни такого не бывает, а значит и не было.

Навстречу шла Люба с большим домашним цветком в горшке Улыбаясь, поздоровалась с нею.

Свете очень хотелось расспросить соседку о ее новом ухажере, но последние капли воспитания, которые еще не растворились в ужасе добровольного домашнего затворничества, удерживали женщину от поступка.

Любаша внезапно сама обратилась к Свете:

– Слышишь, Свет – сказала она, – Мой хозяин, точнее хозяин магазина, где я работаю, решил «расширяться» и, кроме растений в горшках, продавать ещё и срезанные цветы. Ты не хочешь попробовать поработать продавцом цветов?

– Я?

– Да.