Год лягушки

К счастью, услышав вопли психа, Гремина тут же узнала до боли знакомый голос и успела своевременно спрятаться в женском туалете. Вопящего и извивающегося психа вывела подоспевшая вовремя милиция, а главные редакционные кобры подобрали оброненные в пылу битвы бумажки и взглянули повнимательней на подпись Греминой.

Подпись начиналась с инициала Г, за которым следовал первый слог отчества – «Ан», а за ним – первый слог фамилии: «Гре». Заканчивалась подпись росчерком с петелькой, словно нарочно принявший форму слога «на».

По редакции прокатились смешки.

Гремина поняла свою ошибку и сменила подпись, но было поздно. Прозвище приклеилось намертво. Сдается мне, что, потерпев неудачу в попытках избавиться от него, она решила действовать по-другому и приложила все усилия, чтобы как можно полнее ему соответствовать. В чем и преуспела.

В ожидании пиццы Аглая укрепляла здоровье свежевыжатым апельсиновым соком, а я, наоборот, портила: легкие – сигаретой, желудок – ядовитой американской газировкой.

Вообще-то, я с куда большим удовольствием выпила бы горячего чая, но почему-то не решилась сделать такой заказ перед едой. Как уже было упомянуто, я боюсь официантов.

– Жаль, что Гангрена не устроила праздник в своем новом коттедже на Алтынном шоссе! – мечтательно помешивая трубочкой в стакане, говорила Аглая. – Представляешь, сидеть в огромном зале, где в камине, потрескивая, горит целое дубовое бревно… В окна стучат заснеженные еловые лапы, с ветки на ветку перепрыгивают белки и клесты… Радушная хозяйка сама разливает по глиняным кружкам глинтвейн из огромной медной кастрюли… На стол ставят молочного поросенка… А потом нас оставляют ночевать в комнатах для гостей, где стоят антикварные кровати с никелированными шарами на спинках и бабушкины сундуки, застеленные шалями!

Аглая мечтательно вздохнула, а я посмотрела на нее подозрительно:

– Что это на тебя за фантазии такие напали? Гангрена в образе какой-то лесной феи! Ты, часом, не заболела?

– Поздоровей тебя буду! Я, в отличие от некоторых, держу руку на пульсе событий.

У меня муж выписывает все журналы по дизайну, какие только существуют в природе, и поэтому наша спальня скоро превратится в склад, а спать мы будем в коридоре под вешалкой. И вот в новом номере «Домашнего уюта» напечатали огромный репортаж о Гангрене, который я тебе и пересказала.