Сказка о черном демоне красных песков

И кто такой этот Шайтан, который в них дул? Вот любопытно, кстати, было бы послушать!

Впрочем, это тоже, наверное, просто название такое. Вот сегодня ночью, например, проходили Долину Огня. Это сама Нийнгааль сказала, а не какой-то там глупый стражник, ей-то, вроде, можно было бы верить! Но, сколько Атенаис ни вглядывалась в темноту, изо всех сил напрягая глаза, никаких огней она так и не увидела. Просто название, данное глупыми и скучными людьми глупой и скучной долине непонятно зачем.

Атенаис оглянулась на залитые солнцем дальние холмы, в которых терялся путь, пройденный караваном.

Впрочем, пути как такового и не было – так, еле заметные тропки, петляющие вверх-вниз между беспорядочно набросанных по склонам валунов. Лошади давно бы себе все ноги переломали, а горбачам – хоть бы хны. Даже шага не замедлили.

Атенаис вздохнула, выворачивая голову назад так, что заболела шея, и на глаза навернулись слёзы. Там, на залитых солнечным светом холмах, наверняка тепло, солнце греет почти по-летнему, можно сбросить тёплую накидку и сказать, отдуваясь: «У, какая жара!.

.»

– Всё ещё боишься погони? – Нийнгааль, как всегда, оказалась рядом совершенно беззвучно. Вот только что, казалось, была в самой голове каравана, буквально мгновенье назад качался далеко впереди над мохнатыми горбами её пушистый капюшон, и вот она уже на расстоянии протянутой руки. – Не бойся. И не надейся. Погони больше не будет. Нас теперь уже никто не догонит.

– Холодно! – сказала Атенаис жалобно и подышала на руки, пытаясь выглядеть как можно более несчастной.

 – Госпожа, когда мы остановимся?

Нийнгааль с насмешливой полуулыбкой смотрела на Атенаис в упор, и от прозрачного взгляда её прекрасных глаз становилось почему-то ещё холоднее. Она очень изменилась за последние несколько дней. Нет, она вовсе не стала страшной и злобной уродиной из мрачных нянькиных сказок, она даже менее красивой ничуть не сделалась. Но почему-то смотреть на неё теперь было страшно.

Атенаис отвела глаза, вздрогнув под тёплой накидкой.

Нийнгааль усмехнулась. Тронула поводья, чуть убыстряя шаг своего горбача. Величаво проплывая вперёд, ответила, даже не повернув при этом головы в сторону Атенаис:

– Нескоро. И не пытайся меня разжалобить – на меня твои уловки не действуют. Да, и вот ещё что… если ещё раз замечу, что ты проверяешь свои жалкие ужимки на ком-то из стражников – его убьют. А тебе вырвут язык.

Очень хотелось плакать.