Стенд

– Тебе же радоваться надо, идиотке!

Жанка была моложе. На восемь лет. Восемь лет – это иногда очень чувствуется.

– И чего, скажи, ты там потеряла? Ханжи несчастные! Ну чего тут переживать? Не понимаю!

Стась хмыкнула. Дернула плечом.

– А кто переживает?

– Ну не я же, в конце-то концов! Перед нею такие горизонты открываются, а она… Идиотка, одно слово. Ты же теперь свободна, как птица! Куда хочу – туда лечу! Кайф! А хочу – вообще никуда не лечу! По мне так еще больший кайф.

Это верно. Жанка – ребенок домашний до невероятности.

В это почти

невозможно поверить, но с четырехлетнего возраста Жанка не покидала Хайгон. Ни разу. С милой безмятежной улыбочкой умудрялась даже как-то уворачиваться от обязательной ежегодной практики в Малом Поясе.

Бедная Жанка…

– И вообще, я на твоем месте умотала бы в роскошный круиз. Ты когда по-настоящему отдыхала-то последний раз? Во-во… Да и что ты тогда видела, кроме своей драгоценной Базовой?!

– Ага, вот только круиза мне сейчас и не хватает для полного счастья.

А кредитки попросить у тети Джерри…

Теперь фыркнули уже обе, почти синхронно. Жанка махнула рукой, сказала с проникновенной задумчивостью:

– Аська, все – туфта и туфта туфтовая, вот что я тебе скажу.

Стась улыбнулась, осторожно сжимая свежевставленные зубы. Знала бы ты, сколько лет впаяли твоей не слишком-то умной сестричке вчера с учетом чертовой индексации и личной просьбы доверенного секретаря самой Фриды Лауэрс «разобраться по всей строгости и невзирая на личности».

Знала бы ты…

– А к невесомости можно привыкнуть, фигня это! Нет, правда, я узнавала, даже и на линкорах бывают нужны поварихи, так что фигли у вас выйдет меня в десант загнать! – Голос у Жанки стал твердым. Показалось даже – зазвенел. И она засмеялась, чтобы скрыть этот звон.

Стась сглотнула – похоже, знает.

Б-бабское радио!

– Ну, это ты перегнула. До такого не дойдет.

Жанка улыбнулась ласково и снисходительно, словно это она была старшей, а маленькая глупенькая Стась не понимала таких простых вещей:

– Конечно, не дойдет.

Я просто хотела, чтобы ты перестала жалеть себя и для разнообразия пожалела маленькую беззащитную и несчастную меня, которую злые тетки хотят заставить даже дышать по режиму! И звать меня тогда станут Жаном, представляешь, мерзость какая?! Да одного этого достаточно, чтобы…

– Я же сказала тебе – не волнуйся.

– А я и не волнуюсь. – Жанка безмятежно дернула плечиком.