Стенд

А чего тут такого, в самом-то деле? В Коалиции аборты вполне легальны для всех, не то что у нас, а первые пара месяцев – допинг не из слабых, на ускорение реакции отлично работает.

Только вот подпитки требует отнюдь не карамельковой.

Когда нападавшие, похрюкивая, улеглись в ближайшей луже, Стась начала уплывать.

"Куда ты падаешь?" – "Не знаю… Кажется – в обморок, я там не была ни разу…"

Ничего, ничего, это бывает. Никто от этого еще не умирал… голову только ниже надо, ниже надо голову… Как можно ниже.

Идеально было бы лечь, но не здесь же… Ничего, можно и так, согнувшись и упираясь ладонями в коленки. Это – не страшно. Не страшно. Просто обморок.

Просто хватит врать. Хотя бы самой себе. Глупое это дело.

Удар был по касательной, уклоняться – этому миротворок учат на совесть, если уж не можешь бить в полную силу, то вдвойне важным становится умение подобных ударов избегать. И напряжение с усталостью вовсе тут не при делах. И растущее преимущество, что перегружает метаболизм – тоже.

Не они виноваты.

Просто блок среагировал.

С опозданием, правда, но все-таки среагировал, и скажи еще спасибо, что придавило тебя лишь самым краешком, так сказать, по касательной. Тоже. Потому что вот уже шесть дней ты пытаешься сделать то, о чем настоящей миротворке даже подумать немыслимо – ты пытаешься убить. Осторожненько так, опять же по касательной, старательно обходя острые углы и стараясь даже мысленно, даже в подсознании не называть вещи своими именами.

И уже почти что даже убедив себя, что это – так, пустяки, маленькое недоразумение, а недоразумения требуется что? Пра-авильно – устранять. Главное – ни на секунду не забывать, что это – просто недоразумение. Потому что миротворческий блок – – штука серьезная, тут простым обмороком не ограничится. Может и насмерть припечатать, были прецеденты. Ладно, ладно, поняли мы, поняли, больше не будем. Мы вообще понятливые, особенно ежели долбанет нас как следует. Главное – дышать как можно глубже, с усилием проталкивая затвердевший воздух сквозь сведенное горло.

Главное – глубоко дышать…

Когда немного отпустило и звон в ушах снизился до терпимого, она поняла, что стоит на коленях, пытаясь подняться, но снова и снова падая в грязь. От холодной воды стало легче. Во всяком случае, она сумела встать, дрожа и прижимаясь к стене. По спине сразу же побежали холодные струйки.

Выше по улице проехал табл. Остановился. Хлопнула дверца.