Необычный пистолет

– Зачем? – искренне удивился Миша, – Завтра выставка. Он, что дурак совсем…

– Миш, позвони ему и сразу все выяснишь, – спокойно произнес Максим.

Хрусталев набрал номер Змеева, но он был недоступен.

Хрусталев побледнел. Вначале он надеялся, что Змеев просто опоздал. Но узнав о том, что Стас взял из сейфа свой пистолет, он впервые испугался. После того, как Хрусталев выяснил, что телефон Змеева недоступен, Михаил побледнел еще больше.

– Неужели он сбежал? Неужели он нас всех подставил? Но как же тогда выставка? Наша фирма будет опозорена!

В отчаянии Хрусталев схватился за голову.

Максим смотрел на него с сочувствием. Он сразу понял, что Змеев просто-напросто их подставил. Однако, Максим не мог понять одного – зачем же Змеев это сделал?

– Подожди, не паникуй раньше времени, – старался успокоить друга Карасев, – мало ли почему его сейчас нет на работе и по какой причине его телефон недоступен?

– А зачем он тогда пистолет взял?

– Миш, не знаю. Но может Стас все же объявится и позже все нам объяснит.

– А если не объявится, что мне тогда делать? Ты понимаешь, какое клеймо будет на нашей фирме?

– Я все понимаю, дружище, – грустно вздохнул Максим.

– Такое ощущение, что ты совсем не переживаешь за репутацию нашей фирмы, – процедил сквозь зубы Хрусталев.

– Я переживаю, просто я изначально почувствовал неприязнь к Стасу.

– Да помню, помню! – отмахнулся Хрусталев.

– Только я не могу понять одного, зачем ему подставлять нашу фирму?

– Мне кажется это происки конкурентов, – мрачно произнес Миша.

– Что нам теперь гадать, кто и как нас подставил? Сейчас надо взять себя в руки и мыслить трезво. Да, завтра на выставке мы будем опозорены. Да, нам грозит огромный штраф. Но пойми, Миш, это еще не конец! Наша фирма обязательно выкарабкается и будет на плаву. Ты лучше побереги свои нервы и не переживай так! И потом, если у него не отвечает телефон, ты можешь съездить к нему домой.

– Конечно, я попробую съездить домой к Змееву, но что-то подсказывает мне, что дверь никто не откроет. Если он трубку не берет и взял с собой пистолет, то это явно какая-то подстава. Тебе легко говорить, не переживай, – горько вздохнул Хрусталев, – ведь для меня это большой удар. Все мои надежды не просто рухнули… Мы опозорены, а для меня это самое страшное.