Связанные одной смертью

Глубоко вздохнув, я высунулась на улицу, чтобы рассмотреть высокий и пышный куст, росший немного в стороне. Его украшали крупные темно-фиолетовые соцветия.

Всегда хотелось, чтобы эта красота находилась прямо под моим окном. Но приходилось довольствоваться клумбой с бархатцами, которую рьяно защищала соседка снизу. И радоваться, что с третьего этажа изысканный ландшафтный дизайн, с использованием красного кирпича в виде ограждения, в глаза не бросается.

Еще раз вдохнув пьянящий аромат, я поспешила приступить к уборке.

Слишком резко развернувшись, случайно задела ногой моющее средство. И бутылка, обиженно булькнув, решила сбежать через распахнутое окно. Я рефлекторно дернулась, чтобы ее ухватить, а в следующий миг в поле моего зрения появился квадрат окна и начал стремительно удаляться.

В один миг меня сковал животный ужас, а сердце зашлось от паники и всплеска адреналина. «Господи, только дай выжить!» – промелькнула мысль.

Удар, взрыв боли… и я потеряла сознание.

В себя приходила с трудом.

Пульсирующая в голове боль не отпускала ни на секунду. Собравшись с силами, я, не открывая глаз, потянулась к саднящему затылку. Пальцы моментально угодили во что-то теплое и липкое.

– Вот черт, – сквозь зубы прошипела я и удивленно замерла от звука собственного голоса, низкого и чужого.

Что за ерунда? Это сколько надо проваляться без сознания, чтобы простудиться и охрипнуть?

Я испуганно приоткрыла веки, но, кроме радужных кругов на фоне кроваво-красного марева, ничего рассмотреть не смогла.

Пришлось несколько раз моргнуть, прежде чем окружающее пространство обрело четкость.

Лежала я на спине, поэтому первое, что увидела, – темное небо, затянутое серыми облаками. Однозначно поздний вечер. Странно…

У нас, конечно, по двору мало кто ходит, но тем не менее… Неужели за весь день никто меня не заметил и не побеспокоился, что случилось?

Стало неприятно от черствости живущих рядом людей, а на ум пришла поговорка: «Спасение утопающих – дело рук самих утопающих».

Голову вновь пронзил приступ боли. Моментально вспомнилось неприятное ощущение липкости на затылке. Дабы получить подтверждение нехорошим предчувствиям, я поднесла пальцы к глазам.

И охнула от изумления.

Та-ак, похоже, все куда хуже, чем я думала. Видимо, при падении пострадал зрительный центр. Ибо окровавленная мужская лапища никак не походила на мою изящную руку с маникюром.

Сердце пустилось в пляс, а в кровь ударил адреналин.