Ночные странники

…Корабли иногда выходят из шторма целые и невредимые.

Не обманывайся, дорогуша – его напалм уничтожил твой флот еще на берегу.

Виноградник встретил их толпой туристов. Леон вызванивал знакомого, обещавшего провести экскурсию, а Ребекка рассматривала посетителей винного завода, которые выходили из главных ворот – причудливых железных ставней, усеянных заклепками. Ставни мелодично скрипели, выпуская очередного шатающегося гостя, нагруженного звенящими пакетами.

Через некоторое время к ним подошел парнишка в бледно-зеленой рубашке с закатанными рукавами и серых брюках, пыльных по колено.

– Ребекка – Морган, – Леон раскинул руки. – Морган – гид, экскурсовод, и замечательный человек.

– Добрый день! – Морган смерил Ребекку пронырливым взглядом. – К сожалению, я не смогу пойти с вами – куча отчетов. Вы же сами справитесь? У вас есть удобная обувь?

Ребекка с упреком перевела глаза с Леона на свои босоножки.

– Понятно… – продолжил проводник. – Так, и давайте не допоздна? Вы сегодня последние, но я не вносил вас в гостевую книгу.

– Спасибо. И вам, – ответила Ребекка.

– Пойдем, не будем терять ни минуты! Я заменю любого экскурсовода, ты не пожалеешь! – заявил Леон, размахивая корзинкой. – Чего надулась? Сердишься, что я про обувь не предупредил?

– Думаю о том, скольких девушек ты сюда водил.

– Что?! – Леон расхохотался. – Я никого сюда не водил, ты первая. С чего ты взяла?

– Морган так странно смотрел на меня…

– Ты ему понравилась, глупышка. У бедняги перед глазами лишь земля и виноград. Он ног, как у тебя, давно не видал! Пойдем же!

Они обогнули здание винодельни и вышли к виноградному полю, небо над которым, кристально чистое и высокое, неумолимо темнело.

Ребекка забеспокоилась:

– Мы ненадолго? Поздновато приехали…

– Боишься, что заведу и оставлю тебя, там, во мраке?

– Думаю, ты на это способен.

– Нет, у нас другая программа. Но если хочешь здесь заночевать, скажи, я договорюсь, – Леон ущипнул ее за бок.

Не дождешься.

Прогулка продолжалась мимо деревянных столбиков, вокруг которых обвивались виноградные лозы. Ребекка прокляла все на свете – босоножки застревали в земле, к тому же на винограднике стояла нестерпимая жара. Белеющее пятно винодельни осталось позади.