Баканэко сан

Строение явно относилось к общепиту, а Кимчи ужасно устал от корабельной пищи. Вот тут на него и напали трое здоровяков, привлечённые сверканием амулета в прорези его рубахи. Когда Кимчи очнулся, бандитов уже не было, как и амулета. Вернуться домой без амулета он не мог. Тогда бы пришлось делать прилюдное выпускание души. Поэтому Кимчи, проводив корабль печальным взглядом, остался на берегу.

Дорога вошла в лес. Она оставалась такой же широкой и гладко утоптанной, как и в начале побега. С одной стороны дороги длился высокий каменный забор, с другой – плотная растительность лиственного леса.

Преследователи отстали, но не сдавались. Кимчи решил добежать до места, где каменный забор сворачивал за угол, а дорога раздваивалась. Там он углубится в чащу и его никогда не найдут.

Свернув на угол забора, Кимчи на полном ходу налетел на путника, сбив несчастного с ног. Парень упал и остался лежать неподвижно, потеряв сознание от удара головой. Кимчи, пробежав ещё немного по инерции, резко затормозил и вернулся к потерпевшему.

Нет, он не собирался проверить, стучит ли жизнь в голубой жилке на его шее. Кимчи быстро снял с путника чёрный дорожный плащ и ботинки. Потом он наспех натянул на несчастного свою рубаху и, прихватив дорожную сумку путника, побежал дальше. Может быть, найдя босого парня в его рубахе, преследователи остановятся, и это позволит Кимчи выиграть ещё немного времени.

– Молодой человек, ещё одна минута и вы опоздаете безнадёжно! – услышал Кимчи впереди мужской голос.

 – Поспешите!

Впереди, возле забора стоял мужчина средних лет, одетый в чёрный костюм, и звал Кимчи поторопиться. Думать было некогда. Кимчи вбежал в открытую калитку, которая тут же была закрыта. Ну всё, погоня позади!

Привратник оглядел Кимчи. Молодой человек в чёрном плаще на босу грудь с ботинками в руках был маленького роста, черноволос и грязен.

– Нда-а-а… – протянул привратник. – Ваш жетон, мистер студент.

– Жетон? – Кимчи прислушался к звукам за забором.

Сейчас его выставят обратно как раз в руки злых и крупных догоняющих. – Да, конечно, жетон… Где же он?

Кимчи принялся стучать по бокам, делая вид, что не может вспомнить, куда он дел эту важную вещь. Привратник бесстрастно наблюдал. Кимчи перевернул дорожную сумку и стал вытряхивать содержимое на землю. Выпало несколько предметов белья, завёрнутый в тряпку хлеб, и крупная золотая монета. Кимчи поднял монету и покрутил в руке, любуясь искусной работой.