Разговоры на кухне

Он сопротивлялся изо всех сил, жаловался, ныл, а она упрямо ворожила. Иногда опускались руки, хотелось сесть, закрыть лицо руками, зареветь и все бросить, но она не могла, она же обещала быть волшебницей.

Но он ждал, сам не зная чего, ему просто очень нравилось ждать и при этом жалеть себя. Он ждал, а пока ждал, то с иронией смотрел на ее тщетные попытки волшебства, иногда, убивая их на корню, иногда позволял им вырасти, но потом все равно убивал, он ведь ждал. И не замечал, что она уже успела совершить так много волшебства.

Целый год волшебства…

*****

Татьяна познакомилась с Игорем холодным февральским днем, он был лучшим мужчиной в ее жизни, а она была волшебницей. Целый год волшебства… И вот снова февраль, очередная ссора, ставшая уже привычкой. Сорванное с вешалки пальто, и она убегает вниз по лестнице. Звук закрывающейся двери на третьем этаже. И тишина. Она выходит на улицу. Темно и холодно, промозглый ветер дует ей в лицо. Она не может идти, садится на скамейку, покрытую тонким слоем льда, и закрывает глаза…

«Густой туман, я чувствую его кожей, дышать тяжело, воздух влажный и тяжелый, но надо идти.

И я бреду в нем, натыкаясь на других таких же вечных странников. Я протягиваю руки вперед и иду на ощупь…

На моем пути встречаются разные препятствия, некоторые удается обойти, в другие я врезаюсь со всего размаха, расшибая лоб, расцарапывая в кровь ладони, падаю, поднимаюсь с колен, отряхиваю пыль и бреду дальше…

Люди, другие люди…их много на моем пути, я протягиваю к ним свои руки, хватаю их за одежду, пытаюсь остановить, рассказать им о своей усталости и бессмысленности существования.

Кто-то из них сразу вырывается, отмахивается и уходит, кто-то остается со мной на некоторое время, до тех пор, пока ему по пути.

Шум проезжающих мимо поездов, рев взлетающих самолетов, вспышки автомобильных фар, ослепляющих на мгновение, крики птиц…

Мне страшно, я устала, шаг, еще шаг, и вдруг впереди пустота, я шагаю в нее и падаю… Мне хочется закричать, но я не могу, страх сдавил мне горло, еще секунда и все закончится».

Татьяна проснулась, кто-то незнакомый тормошил ее за плечо:

– Девушка, вам плохо? Очнитесь, наконец!

– Ой, простите, я просто задумалась…

– Ничего себе задумалась. Никаких возражений, быстро садитесь в мою машину, и едем пить чай. Вы совсем замерзли, заболеете и будете сопеть по ночам.

Татьяна познакомилась с Николаем холодным февральским вечером. Он был доктором. Настоящим доктором.