Разговоры на кухне

Что-то предательски болит внутри.

Ты встаешь, как можно тише, чтобы не разбудить ее, и выходишь на балкон, закуриваешь сигарету. Ты давно хотел бросить курить.

Ты думаешь обо мне, со мной было все иначе…я тебя любила».

Таня сидит и пьет вино. Одна. Слез больше нет. Боль есть.

Ошиблась? Придумала? Глоток, еще глоток, сигарета, еще одна сигарета. Больно. И вроде бы уже давно не девочка, нелепо так любить в ее возрасте, так безрассудно, так, как в первый раз.

Измена, предательство, а может просто страх? Страх перед любовью, той которая сжигает все внутри, которая рвется ярким пламенем наружу.

Мешает. Помогает. Зовет прикоснуться, поймать взгляд, улыбку.

Глоток, еще глоток. Напиться, забыться, забыть. Невозможно. Что-то мешает. И снова боль, такая сильная, что хочется заорать, завыть, открыть окно. Ночь, ночь за окном и тишина…

Она налила остатки вина в бокал, в пачке последняя сигарета. Игорь так хотел бросить курить, теперь у него точно получится…

*****

Она узнала ее имя.

Марина.

Это было ужасно. Она перешла границу. Она залезла к нему в телефон. Самое важное в отношениях – это доверие, больше его нет. И никогда не будет. Нет, конечно, она и так давно уже обо всем догадывалась, но…

Вчера Игорь написал, что любит. Она вернулась. И вот теперь он в ванной, а нее в руках его телефон. А там переписка с ней. И последнее сообщение от него, вчера: «Как хорошо. Просыпаюсь, и ты рядом. Целую».

Что делать? Снова бежать? Куда? На свежий воздух.

Здесь ей больше нечем дышать…

*****

Странный это был вечер. Смурной. Угрюмый. Все было странным: луна непривычно большая и ярко желтая, звезды с «глазами», листья под ногами шуршали громче, чем обычно. И этот трамвай. Он тоже был странный.

Игорь стоял на конечной остановке и пил пиво. Было уже очень поздно. Он часто ночами приходил на эту остановку. Иногда один, иногда с другом, несколько раз даже с Таней. Сегодня он был один. Он уже давно один, а все никак к этому не привыкнет…

Он грустил тогда.

Плохо ему было. Выть хотелось на эту самую луну или лечь на рельсы и лежать до утра, пока первый трамвай утром не переедет. Хотелось курить. Игорь достал из кармана пачку сигарет и уже хотел прикурить, как вдруг увидел его. Он был удивительно красивым. Красным с золотом. И гремел так мелодично. Трамвай из прошлого века. Под номером 26. Никогда здесь такие не ходили. Он так и замер от удивления с незажженной сигаретой во рту.