Билет на непридуманную пьесу

Краска залила ей щёки, и она радовалась тому, что здесь было мало света.

– Вы в буфет? Пойдёмте вместе, я покажу вам другую дорогу.

Они пошли по лабиринтам коридоров, и Ксении показалось, что Стасов выбрал самый длинный путь.

– Вы превосходно спели сцену письма, я просто потрясён, – доброжелательно начал Дмитрий. – Вы занимались с вокалистом?

– Да, спасибо, я рада, что это заметно. Юрий Павлович очень хороший педагог.

– Такой старенький, с бородкой?

– Да, вы его знаете?

– Знаю… Ксения, прошу вас: давайте перейдём на "ты".

Зачем нам такие формальности? Неужели мы не можем быть друзьями?

Стасов остановился перед большим освещённым холлом, словно не желая выходить на свет. Лицо его осталось в тени, и его чёрных глаз было почти не видно.

– Мы уже с вами обсуждали этот вопрос, – тихо ответила Ксения, – вы можете называть меня, как вам удобно, а я пока не могу, извините.

– Меня радует слово "пока"… Надеюсь, со временем мы всё-таки станем друзьями.

Ксюша не ответила и с радостью заметила Олега, призывно машущего ей рукой.

– Извините, меня зовут.

Она убежала и не видела, что к Стасову с другой стороны холла решительно направлялась Юлька.

Стасов не мог оторвать взгляд от убегающей Ксении. Он ощущал в ней и темперамент, и глубину чувств, и богатые внутренние силы. От музыки она мгновенно преображалась – в ней загорался огонь, и это приводило Стасова в восторг, а она совершенно не отдавала себе отчёта в своей власти над ним.

Он сам не понимал, к чему приведёт его увлечение этой девушкой, была ясна только цель – добиться её любви во что бы то ни стало, и это придавало смысл его жизни, ставшей в последнее время мучительной в своём однообразии и цинизме.

– Дмитрий Алексеевич, можно вас на минутку? – услышал он, очнувшись от мыслей, и посмотрел на другую женщину, явно искавшую его внимания.

Подошедшая Юля была эффектной высокой, жгучей брюнеткой. Вполне могла бы сойти за его сестру – узбечку, если бы не такая белая кожа.

Она казалась очень красивой, но Дмитрию была милее её подруга с простым, искренним характером, без жеманства и любования собой, какой была и девушка Аня из его детства…

– Что вы хотели? – сухо спросил он.

– Дмитрий Алексеевич, я тоже хочу быть солисткой, я уже вам говорила, – просительным тоном заговорила Юля, – возьмите меня под своё покровительство.

Она подошла совсем близко и вступила в тень, где продолжал стоять Стасов.