Убийство в замке Лакримоза

Из опыта этих дел она черпала вдохновение для своих детективных романов, которые всегда разлетались, как горячие пирожки, как только появлялись на прилавках книжных магазинов. Доходы от успешных продаж позволяли ей содержать Грин-Палас с единственной горничной, кухаркой и шофером и вести вполне состоятельную жизнь. В это время наследство родителей уже давно было потрачено ею на благотворительность в пользу детей сирот, оставшихся, как и она – без родителей.

К назначенному времени в двенадцать часов дня Елена спустилась из рабочего кабинета, где заканчивала очередную главу новой книги, в свою милую, со вкусом обставленную гостиную на первом этаже.

В камине с утра пораньше уже весело трещали сосновые поленья. За окном бушевала настоящая зимняя феерия, но в комнате было тепло и уютно. Заманчиво пахло свежезаваренным кофе с корицей. Елена любила выпить чашечку кофе именно с корицей. Это настраивало ее на бодрое и веселое настроение.

Маленький деревянный столик у камина был накрыт кружевной скатертью, сервирован на двоих и манил к себе своим аппетитным содержимым.

Кофе, сливки, свежие румяные булочки с апельсиновым джемом, сдобное, еще горячее печенье с шоколадной крошкой и хрустящие сэндвичи с тунцом и огурцом.

Гость задерживался, и Елена уже представила, как его замело снегом на подступах к Грин-Палас. Наконец, он явился с опозданием на полчаса и с удовольствием протянул озябшие руки к огоньку. Его светлая шевелюра, пушистые ресницы и усы были все в снегу.

– Елена, дорогая, я замерз, как Рождественский снеговик. Не припомню такой ненастной погоды в последние лет двадцать. Ах…кофе пахнет божественно. Мои любимые булочки! Вы моя спасительница, а жизнь-то налаживается! – он чуть не замурлыкал, как кот от удовольствия, пригревшись у камина.

– Располагайтесь, милый Виктор. Я так рада Вас видеть. Угощайтесь на здоровье – вот булочки и сэндвичи Ваши любимые. Ну, расскажите мне, что у Вас новенького, как дела на службе? – спросила Елена, расставляя шахматные фигуры на старинной фамильной шахматной доске, доставшейся ей от папы.

Той самой доске, что выловили в Карибском море…

– Ох, и не спрашивайте меня. В отделении уже две недели все носятся, как ужаленные. Шеф строго распорядился завершить максимум дел до праздников. Иначе не видать нам годовой премии, как своих ушей. А у нас висяков полным-полно…Особенно, пропавшие без вести люди.