В лабиринтах времени

Правду старик рассказывал или вымысел, не знаю, но что, правда, то, правда, любят эти места метеориты. Самое интересное, что все видят, как они летят и место установят, где лес взрывам повален, а следов самого космического «пришельца» найти никак не могут.

– У якутов есть предание о «Нюргун Боотуре» – о богатыре, который, смело, боролся с пришельцем, «который продырявил землю и укрылся в глубине». И из-под земли огненным смерчем уничтожает все вокруг.

Маша открыла рот, чтобы рассказать что-то еще, но, подняв глаза, замолчала.

В проеме пещеры стоял Ушен, он так тихо вошел, что никто не знал, как долго он стоит и слушает наш разговор.

– Духи, Хранители входа к Хозяину Верхнего Мира, согласны пустить незнакомцев, если они пройдут испытания радугой.

– А, что это за испытание, что мы должны делать? – забеспокоилась Софья Сергеевна.

– Идите за мной и делайте как я, – Ушен говорил ровным бесстрастным голосом, как робот.

– Пойдем, на месте разберемся, – Глеб поднялся, приглашая остальных к выходу из пещеры.

– А как же Айлет? Он останется здесь один? – Любочка гладила спутанную шерсть мамонтенка, – вдруг он снова попадет в беду? А рядом никого не будет.

– Ты, что хочешь остаться с мамонтом здесь? – спросила Вера Никитична.

– Нет, пусть он пойдет с нами. – Ответила Люба.

– Мамонт не пройдет, там, куда мы идем узкие проходы, – вмешался в диалог бабушки и внучки Ушен.

– А мы мамонтенка превратим в коврик и возьмем с собой, правда, Маша? – Предложила Люба.

– Если не возражает Ушен можно попробовать, – Маше тоже было жаль мамонтенка, он так жалобно смотрел на всех, словно понимал, что решается его судьба.

– Пусть Айлет идет с нами, – бесстрастным голосом произнес Ушен, но было видно, что он рад такому повороту дела.

Тьма, окружающая пещеру, сомкнулась плотным кольцом. После света костра, темнота казалась гуще. Луна не светила. Ступая ощупью, держась за руки, мы шли вслед за Ушеном по крутой горной тропе.

Стало чуточку светлее, а может быть, просто глаза привыкли к темноте и стали различать темнеющую тропу. Ушен прошел мимо нескольких расщелин и свернул в одну, ни чем не примечательную, щель. Тропа вела круто вниз. Дорогу определяли ощупью. Неожиданно мы оказались в гроте, стены которого излучали слабый мерцающий свет. Ваня осторожно, одним пальцем потрогал стены. Теперь светился и палец.