Бремя перемен

А если не болели, то я помогал им в этом. В конце первого учебного семестра мою успеваемость заметил куратор нашего факультета и повел к ректору. Для получения награды. Нам выдавали разрешения на проезд в Испар или Батир для пополнения магического опыта. У ректора как раз и выяснилось, что я не поступил. Но все закончилось хорошо, хотя разрешения мне так и не дали. После этого я был официально зачислен в университет.

– Так ты у нас еще и хулиганством занимался!

– Да, прекрасное было время. Жили беззаботно, не оглядываясь назад.

Тогда казалось, что весь мир крутится только вокруг одного тебя. Будущее не интересовало, так же как и прошлое. Я и мой лучший друг Генри постоянно влипали в какие-нибудь истории. Иногда, нет, не иногда, а частенько с нами попадал в неприятности и Волок, старый знакомый Генри – они вместе росли в одном из княжеств, вроде бы в Ашпаре. Знаешь, ведь тайны открываются только тому, кто в них нуждается, и только тогда, когда приходит время. Волок, в отличие от Генри, был из богатой семьи. И очень часто менял возлюбленных. Он влюблялся и полностью отдавался страсти, но всегда повторял: "На смену весне приходит лето, деревья меняют свой цвет и желания". Он мог написать стихи, а потом даже не вспомнить, кому они посвящались. Вот, например, одно из стихотворений:

"Я магом стал,

Чтоб жизнь, природу покорить,

Взнуздать мечты,

И сердца смерть любовью отвратить.

Когда ты рядом,

Время, под руку беру,

Чтобы сказать,

Как сильно я тебя люблю!"

Однажды, собравшись вместе, мы решили отметить еще одну любовную авантюру Волока.

Как раз в этот вечер заболела библиотекарь, так что пробраться в "хранилище знаний" особого труда не составило. Устроившись удобнее на табуретках с бокалами вина, мы стали петь песни. Волок умудрился пролить вино на одну из книг. Напиток богов полностью пропитал все последние листы. В полумраке, при свете одной-единственной свечи, промокшие страницы приобрели ярко-красный оттенок. Взяв книгу в руки и пролистав, Волок умудрился ее уронить и случайно вырвать последний листок. Держа в руках тряпку и прокручивая в голове всевозможные наказания за содеянное, Генри пытался спасти все, что осталось от книги. Я старался высушить оторванную страницу над свечой, а Волок хохотал, поскольку происходящее казалось ему забавным. Когда лист почти высох, на нем стали проявляться надписи и чертежи нижних этажей здания университета.