Эпилятор для оборотня

Сбегав на кухню, разыскала огромную кастрюлю и, выпотрошив морозилку на предмет мяса, поставила вариться. Пока булькает, я уже закончу с уборкой, и останется разобрать мясо по контейнерам и залить бульоном.

Настроение улучшилось после того, как я засунула в рот замороженную куриную ногу и, посасывая ее, как леденец, вернулась к пылесосу. Пусть только эти два коврика для ног посмеют не прийти на ужин!

У меня накопилось очень много вопросов, правда, бо?льшая часть относилась именно к поиску пары. В моих представлениях это было классическим сватовством.

Интересно, а родители моей пары будут мне свекром и свекровью? Я уже представила, как мы с воображаемой свекровью ругаемся за последнюю кость в морозилке. Меня передернуло: ну уж нет! Я сама выберу себя пару, и он будет сиротой! Никакой возни с родственниками, бесконечных звонков от дорогой «мамы» и несвоевременных визитов к нам в двухкомнатную конуру.

Интересно, почему я свой потенциальный дом называю конурой? Снова во мне просыпается собачья натура?

Испугавшись собственных мыслей, я закрыла глаза и стала подпевать популярной песне и пританцовывать вокруг трубы пылесоса, воображая ее чем-то средним между воображаемым партнером и пилоном стриптизерши.

И именно в таком виде меня застал Дима, который ворвался в комнату с гневным видом, но при виде моего бесплатного концерта открыл рот и замер на пороге.

Закончив петь и вилять задницей, я открыла глаза и сразу уперлась взглядом в него.

В комнате странно запахло. Тяжелый сладковатый запах забивался в ноздри и оседал щекочущей пленкой.

– Я тут убраться решила, – вяло промямлила я, стараясь обойти волка стороной и скрыться от неловкости в своей комнате.

Только пылесос помешал, попав под ноги. Я хотела перешагнуть через него, но тут Дмитрий прыгнул ко мне, отшвырнув ногой пылесос, и я оказалась прижатой к широкой горячей груди. Запах исходил от Димы, и капелька пота, стекающая по его шее, показалась мне самым желанным лакомством на свете.

Я снова сделала непоправимое, слизнув эту капельку.

Едва мой язык коснулся его кожи, я ощутила непередаваемый вкус – чуть соленая, пряная капелька была уничтожена мной почти мгновенно. Но чтобы удовлетворить мое проснувшееся желание, этого было мало, поэтому я провела языком по его коже, подбираясь к вырезу футболки.

Дима глухо застонал и сжал меня крепче, замерев в нерешительности, будто мучительно размышлял, продолжить это сумасшествие или отстранить меня, пока все не зашло слишком далеко.