Бирюкова. Дело о сЛОМанных людях

 – В очередной раз потерять ребёнка?!

– Не кричи, прошу тебя, – она подняла на него глаза, полные слёз, просьбы и любви. – Погоди, не перебивай! Там… Там я смогу пролить свет на гибель моих родителей…

Муж хотел было что-то ответить, но вместо этого отступил назад и тяжело осел на другой табурет, обхватив голову руками. Наталья подошла к супругу, осторожно, словно боясь, что он оттолкнёт её, обняла за плечи и поцеловала в макушку. Он не оттолкнул, нет, – более того, обнял в ответ. С облегчением вздохнув про себя – самое тяжёлое позади, – будто чужим голосом она проговорила:

– И я поеду не одна.

Со мной отправляют Абазяна. Помнишь, я о нём рассказывала?

– Помню, – примирительно буркнул Костя.

– Ну и Шутов будет периодически приезжать, – Бирюкова перевела дух, после чего продолжила: – А я к тебе. Ну раз в два дня, например…

– Наташ, обещай мне беречь себя, – муж пропустил эти подробности мимо ушей.

– Обещ…

– И, – прервал он её на полуслове, – обещай мне, что после этого своего Орлика ты угомонишься.

И работу будешь брать менее опасную.

– Обещаю… Кость, я…

– Наташ, – перебил он снова, – я ж люблю тебя! И хочу, чтобы ты никогда, слышишь, никогда больше не страдала! – он крепче прижал её к себе. – Дурёха моя неспокойная, неужели ты забыла?..

Нет, она не забыла. То, что Бирюкова пережила два года назад, не пожелаешь и врагу. Её беременность проходила хорошо, даже слишком. До того майского дня, который разделил их с Костей жизнь на до и после…

Поначалу Наталья не придала значения небольшим выделениям с сукровицей и спокойно легла спать.

Ночью проснулась от острой боли в животе, на нижнем белье были не просто пятна крови – кровь буквально лилась. Как назло, муж был в тот день на смене. Женщина, теряя сознание, еле доползла до соседки и кое-как жестами попыталась объяснить причину ночного визита. Та спросонку никак не могла понять её, но, увидев огромные пятна крови на ночнушке, спотыкаясь, бросилась к телефону и вызвала скорую.

Врачи приехали достаточно быстро, но время, упущенное с вечера, сыграло против них.

Бирюкову еле спасли, а двойняшки, мальчик и девочка, умерли.

Наталья Николаевна держалась стойко, но только перед людьми и даже перед мужем, тихо рыдая в подушку чёрными бессонными ночами. А Костя знал, он всё знал. Знал он и свою Наталью. Поэтому не показывал вида, бережно и осторожно заботясь о ней в простых, но самых важных мелочах.

– Пойдём спать, – не дожидаясь ответа, сказал Костя.