Город Мёртвых. 1 том

– Например, горячего… чая, – парировала я, со стуком доставая найденную в салоне автомобиля газовую горелку.

Том рассмеялся. Машинально облизнув губы, он неспешно соединил перед собой пальцы рук и добавил:

– На мой взгляд, для девочки обычно не характерно ТАК интересоваться оружием, – англичанин невинно пожал плечами. – А у тебя прямо маниакальный блеск в глазах при виде…

– Томас, – мои щёки бескомпромиссно вспыхнули. – На что ты намекаешь?

– Признайся, у тебя комплексы, – горячо сочувствующе прошептал мужчина, словно беседуя с душевно больной.

– Ах ты ж Фрейд недоделанный! – отставив рюкзак в сторону, я упёрла руки в бока и грозно нависла над нарушителем моего душевного равновесия.

Я видела, как этот наглец жмурится в беззвучном смехе, прикрываясь своими чёртовыми руками. Хотелось взять что-нибудь потяжелее и обрушить на голову этого уникума. Но живой водитель уазика мне был дороже моих собственных амбиций, поэтому я ограничилась взятием этого… хорошего человека за ухо.

– Эй! – Том, явно не ожидавший такого поворота событий, удивлённо таращился на меня, и всё продолжал, зараза такая, смеяться.

– Дёрнешься – и будешь как Винсент Ван Гог! – предупредила я крайне убедительно.

– Ай! – англичанин вцепился в мою руку в попытке вырваться. – Я против насилия!

– Ну, что ж, дорогой, считай, тебе не повезло, – тягала я его из стороны в сторону за ухо с нескрываемым удовольствием. – Я скора на физическую расправу!

– Знаешь, а мне нравится, когда ты называешь меня «дорогой», – он с надеждой на милость посмотрел на меня исподлобья.

– Ну, недёшево ты моим нервам обходишься – что правда, то правда! – ехидно заметила я.

Не прошло и минуты, как он оставил тщетные попытки высвободиться, перестал гаденько хихикать и лишь жалостливо смотрел на меня, сдвинув брови:

– Тин, отпусти.

Его пальцы примирительно гладили мою руку, сжимающую его многострадальное покрасневшее ухо. Наверное, если бы меня так не обезоружил его нелепый вид «большого ребёнка», я бы ещё некоторое время наслаждалась этим внезапным контактом между нами.

Но время вышло, и нужно было прекращать дурачиться. Я отпустила ухо, в последний момент коснувшись щеки, где начинала пробиваться щетина, и оставила его в покое. Небрежный, лёгкий жест, мотивированный моим желанием просто прикоснуться к нему ещё раз. Живому. Тёплому. Настоящему.

– Жаль, что собаку пришлось оставить, – быстро предложила я другую тему для разговора. – Она меня спасла.