Отражения судьбы

Пока рабочая версия происходящего в попытке со стороны кого-то из очень старых магов устроить передел мира, получив силу чужими руками. Скорее всего, передел и нашего, и людского мира. Я не вижу для вас смысла сидеть здесь и переживать, действовать быстро по меркам старых магов – может быдь и год, и два, и десять. И все это время побег от реальности не принесет ничего хорошего. Когда выясним, что за шкатулка, если это будет достаточно безопасно – пойдете разбираться как стажеры-оперативники, я выступаю в роли куратора.

У нас есть свои методы, вы действуйте своими. Миклош, мне от тебя нужны будет все книги, исследования и выкладки по ритуалу, надо понять, как ты прищемил Анасталею хвост, если и сам о существовании этой твари не знал. Александра, если получится поддерживать контакт с скиа, узнай, что она еще готова по поводу амулета. Так что работаем, и только. Вопросы есть?

Миклош переглянулся с Сашей.

Вопросов было много. Очень много. Вот только не было уверенности, что ответы на них есть у кого-то из сидящих в этой уютной гостиной.

Глава 4

– Держите, – перед Сашей и Миклошем на столе появились две одинаковые картонные папки.

Саша с любопытством взглянула на Михаила Ефимовича. Начальник появился в доме Серафима впервые с момента последнего разговора и впервые за неделю, и пришел он разговаривать с ними двоими.

Миклош потянулся к папке, рассматривая содержимое. Саша склонила голову замерев на время. И пытаясь угадать, что внутри, и оттягивая момент в котором тайное станет явным, но, в большей степени, рассматривая змеящуюся по старому картону сине-фиолетовую паутину магии, незнакомой и действительно красивой.

– Что на них?

– Ментальный допуск, – спокойно отвечает Михаил Ефимович. – С парой сюрпризов для тех, кто думает, что можно брать чужое без спроса. Для вас это безопасно.

– Я понимаю. Извините. Просто это…красиво.

– Интересное определение. Пожалуй. Только не пытайся повторить ничего подобного, без специфической подготовки просто сила не поможет.

Саша криво усмехается. Менталистика никогда ей не давалась. Но что нельзя строить, то можно разрушать. Странный азарт проснулся в ней, при взгляде на паутину заклинания. Это была не магия Паука, а иная, более тяжелая и знакомая. Но все же, все же, все же… Где-то внутри рядом с восхищением зрело и желание разрушить плетения, сжечь, словно так она могла расквитаться за позорное поражение в Пензе.

Саша встряхивается, желая освободится от хищнических инстинктов.