Криминальный Киев. Некриминальным взглядом

Автор выражает также признательность тем из криминальных авторитетов, кто смог поделиться частью своих размышлений о жизни.

Уважаемый читатель, прежде чем вы начнете читать эту книгу – и, надеюсь, прочтете до последней страницы, – вам, наверное, интересно будет узнать о мотивах ее написания и о том, какой именно криминальный мир исследует автор.

Не буду долго пытать вас неизвестностью.

Сразу после защиты кандидатской диссертации в 1992 году, несмотря на наличие красного диплома экономического факультета университета и звания кандидата экономических наук, я сразу же занялась торговым бизнесом.

В его самом простом исполнении: закупается товар за рубежом, ввозится в Украину и продается в розничную и оптовую сеть.

За мной, как и за многими другими, закрепилось слово «предприниматель», что в постсоветском обществе начала 90-х означало почти то же самое, что и слово «преступник». А как же иначе, ведь еще действовал Уголовный кодекс бывшего СССР и статьи по спекуляции, по валютным операциям не были отменены.

Представитель проверяющих органов мог посадить в начале 90-х любого и отправить за решетку за пару сотенных долларовых купюр, найденных при обыске. И был с точки зрения закона абсолютно прав. Руководители молодой страны под названием Украина явно не торопились с выбором стратегии ее экономического развития. А пока они дискутировали по поводу других, не менее важных государственных проблем, реальная экономика ушла далеко вперед, и писаные законы уже не регулировали ее развития.

Предпринимателей почти каждый день упрекали в разворовывании страны и связях с преступным миром, который для меня представлялся в то время одной картинкой – казино, спертый воздух в тесном зале, столбы дыма, играющие в азартные игры пьяные люди.

На одном из допросов в правоохранительных органах в 1997 году, кроме обычных вопросов, касающихся уголовного дела, возбужденного по статье 70 УК Украины «Контрабанда» (она пользуется особой популярностью в СБУ, так как ее трактовка правоохранительными органами достаточно часто служит для злоупотребления и обогащения тех, кто призван бороться с контрабандой), следователь спросил меня:

– С кем вы работаете?

Я промолчала, потому что не поняла сути вопроса.

Все мои контракты с поставщиками были исправно изъяты в ходе первого же обыска.

– Ну к кому вы обращаетесь, когда вам не возвращают долги или угоняют машину? – продолжал интересоваться следователь, уже попривыкший к моей личности за три месяца допросов.