Хождение за два-три моря

Продвижение вперед внешне никак не сказывалось: за Морским маяком коса заворачивает, сужается и затем тянется к юго-востоку бесконечной, безлюдной, без единого ориентира полосой почти на сорок миль. Вот и сейчас место на берегу ничем не выделялось – только за косой, с лиманской стороны, был виден накрененный корпус старого судна.

По приказу капитана Даня извлек из трюма цемент и могильный памятник.

Мы отдали якорь и отпускали цепь, пока яхта не приблизилась к полосе прибоя.

– Готовьте «Яшку».

Два года назад «Гагарин» остановился – «вот как сейчас» – недалеко отсюда, в районе Белых Кучугур. Погода была прекрасной, экипаж плескался в теплой воде. И вдруг тогдашний боцман, крепкий сорокалетний моряк, старый друг Данилыча, как-то странно вскрикнул. Позже экспертиза установит – разрыв аорты, смерть наступила практически мгновенно. О подробностях капитан не распространялся, да мы и не расспрашивали.

– Сердце было больное.

Я невольно поежился. Над береговым песком висело знойное марево. Грохотал прибой, слышались одинокие вопли чаек. Монотонность Тендры, ее романтическая уединенность может вызывать и гнетущее чувство: нечто первобытное, мрачное… Сейчас, впрочем, перед нами была простая задача – завезти памятник и цемент на берег. Накрененное судно – база группы ученых-биологов во главе с профессором Шевалевым; он и завершит дело.

– Установить не здесь нужно, до Белых Кучугур не доберемся, долго.

Впервые в жизни я надел спасжилет. Под тяжестью цемента, стальной плиты и Дани, сидевшего на веслах, борт а «Яшки» едва поднимались над водой. Я прыгнул в воду и поплыл сзади, придерживая корму и стараясь не думать, накроет ли меня памятником, если прибой перевернет лодчонку.

Все произошло быстро: достигли загребы, я всем телом почувствовал, как напряглась, упруго сжалась над мелью волна – и вот мы уже летим в пене брызг на гребне, с яхты что-то кричат, опять участок спокойной воды, Даня рвет весла, удар новой волны, скрежет – и оба десантника сидят, тяжело дыша, на влажном скате песка…

– Молодцом! – прокричал Сергей.

Даже его голос глох в равномерном гуле; но когда мы вытащили «Яшку» подальше на берег и двинулись вглубь Тендры, шум прибоя неожиданно быстро затих.

Невысокие дюны скрыли море.