Мистерия силы. Трилогия

Сим растерянно смотрел на отца; в его глазах застыл шок…

В это время звёздный Ведун Астор занимался прочтением Времени в своём магическом шаре, непостижимо державшемся прямо в воздухе и представлявшем собой огромную сферу с движущимися в ней течениями разных цветов и оттенков, заполнявшими глубокий ультрамарин с ярким бисером звёзд. Его работу прервал громкий возглас – протяжный, сквозной и тревожный. Это кричал Синехвост. Ведун взглянул на него и тут же всё понял…

У скалы Отрешённости царило смятение.

Стигмул ждал окончательного решения. А Хранитель сосредоточенно, не мигая, смотрел на сына. Он знал, что делает. Внезапно Сим воспарил над твердью скалы вместе с двумя магами, державшими его за руки. Хранитель не отрывал взгляда от сына, продолжая поднимать его вместе с магами. Они на миг растерялись. И вдруг Сим вырвал свои руки из их мёртвой хватки и тут же пролетел вперёд, не снижаясь. Хранитель взвился над Стигмулом ураганным столпом и вышиб его со скалы; но тот обратился в сплошной фейерверк ужасающих искр. Два мага, став птицами, метнулись за мальчиком, но Сим вдруг исчез… Ураганный столп силы вновь шарахнул по скалам, вышибив грубый щебень и погасив ослепляющий шквал Стигмула. И Стигмул взметнулся драконом. Он искал Сима. Но Хранитель не отставал – поток урагана сменился на тягучий непроглядный туман, внутри которого что-то полыхало и ревело. Туман растаял, и дракон был уже далеко от скалы; а птицы, утомлённые битвой с нежданной стихией, осели на грунт у подножия. В этот момент всё погасло, и в кромешной тьме хлынул ливень… Дракон полыхнул и исчез. Затем свет разбил тяжёлые тучи; дождя больше не было. Лишь дымка плыла вдоль угрюмой скалы. А на вершине скалы стоял Стигмул, ещё не зная, что его ждёт наверху. Он прокричал:

– Рамаян! Я здесь – с твоим сыном!

Хранитель взглянул вверх и понял, что Стигмул лжёт. А сзади к Хранителю приближалось, разинув огромную пасть с диковинными клыками, непонятное существо, напоминавшее птеродактиля…

И тут вдруг раздался чей-то ужасающе пронзительный крик.

Тварь сзади Хранителя на мгновение оцепенела, как бы оценивая ситуацию. И в этот миг Эхиэль пронзила её ярой молнией, обратив в то, чем была она – в ту Лжегэссид, которая тут же приняла своё истинное обличие. Это был маг с мертвенно-бледным лицом, но он был живой, как и все. Только сила его иссякла, и он просто лежал, отрешённо любуясь лазоревым небом. Хранитель метнул взор на него, а затем глянул на Эхиэль.