Барабаны любви, или Подлинная история о Потрошителе

 – Доктор Киллин говорит, что одна рана, смертельная, в грудину, была нанесена чем-то вроде кинжала, а остальные – инструментом, который, скорее всего, был обычным перочинным ножом. Похожие нападения уже были в нашем дивизионе. В конце февраля на Уайтс-роу неподалеку от участка какой-то мужчина напал на солдатскую вдову Анни Миллвуд и нанес ей многочисленные удары в ноги и нижнюю часть тела. Потом в марте на Майдмен-стрит в районе Майлд-Энд-роуд у себя дома получила от неизвестного мужчины две колотых раны в горло складным ножом швея Ада Уилсон, отказавшись дать ему денег.

А в апреле, в Банковский праздник, вон там слева, на углу Осборн и Уэнтуорт-стрит, близ горчично-шоколадной мельницы братьев Тейлор, подверглась нападению трех юных подонков вдова Эмма Смит. Скончалась потом в Лондонском госпитале.

У рынка они повернули направо и вскоре подошли к солидному трехэтажному дому, нижний этаж которого был облагорожен рустованной штукатуркой, а величественый подъезд украшали синие фонари.

– Что за черт! – донеслаясь до них чья-то громкая ругань, когда они закрыли за собой массивную дверь и оказались в участке. – Почему все неприятности случаются в мое дежурство! Вот Эллисдон взялся за это дело, пусть бы он и допрашивал бы ее! И почему она не пришла вчера, когда дежурил Бек!

– Инспектор Чандлер, – сказал Рид, – причем тут Эллисдон? Дело об убийстве в Джордж-Ярде он передал мне.

– Вот сами и допрашивайте эту «леди»! – Чандлер с облегчением указал на сидевшую на стуле сорокалетнюю женщину с кирпичного цвета пропитым лицом.

Женщина была замотана в старую и грязную зеленую шаль.

– А, Жемчужная Пол! – узнал ее Рид. – Вот, мистер Фейберовский, это наша местная достопримечательность, Мэри Конолли.

– При этом типе в золотых очках, – проститутка ткнула пальцем в поляка, – я не буду ничего говорить. Я для него привела одного достойного джентльмена в бордель к миссис Шапиро на Сидни-стрит, а он мне за это не заплатил ни фартинга!

– Мне самому ничего не заплатили, – ответил проститутке Фаберовский.

– Какое мне до этого дело! – возразила Коннолли. – Ты обещал!

– О чем это она? – спросил инспектор.

– Под Рождество прошлого года одна дамочка, полячка, некая Ядвига Рейвнскрофт, как она сама себя представила, наняла меня следить за ее мужем, который пристрастился посещать различные злачные места в Восточном Лондоне.