Барабаны любви, или Подлинная история о Потрошителе

– Когда же вы соберетесь в следующий раз? – спросил Артемий Иванович.

– По нашей просьбе товарищ Шабсельс согласился повторить свой доклад о борьбе с заграничными агентами Охранки в клубе на Бернер-стрит и поделиться личным опытом в ближайшую субботу.

– Я где-то уже слышал об этом товарище. Думаю, я приду-с его послушать. Небезынтересно узнать, как же борются здесь, за границей, пламенные революционеры с подлой царской охранкой. До скорого свиданьица! – Артемий Иванович встал и, откланявшись, с некоторым креном вышел на улицу, где тотчас столкнулся с двумя юными девушками.

– Приятные барыньки! – Артемий Иванович галантно изогнулся, приподняв котелок.

С приезда в Лондон Владимирову стало везти на женщин. Сперва Ханна Мандельбойн, потом Пенелопа с докторской женой, теперь вот на него и на улице барышни внимание обращают.

Девушки улыбнулись. Одна из них, с огненно-рыжими волосами, убранными под кокетливую черную шляпку, отцепила от своей жакетки искусственный белый цветок и приколола Владимирову к лацкану пиджака.

Замурлыкав, словно мартовский кот, Артемий Иванович потянулся к девушкам, но они, игриво подмигивая, пригласили его следовать за собой. Взяв обеих под ручки, Артемий Иванович покорно поплыл по переулку прочь от оживленной улицы. Завернув за угол, он увидел еще несколько барышень, дожидавшихся своих подруг.

– И эти тоже мне? – спросил он, слегка испугавшись. – Но у меня нет столько денег!

Вопрос был даже не в деньгах.

Артемию Ивановичу нравилось женское общество. К женщинам он испытывал большей частью платонические чувства, питаемые взаимным интересом к его особе. Во встретившихся ему барышнях он усмотрел какую-то угрозу. Они не смотрели на него с восторгом и обожанием. Их взгляды показались ему плотоядными.

Чтобы не показаться трусом, он подмигнул рыжей девице и приобнял ее за талию. Однако окружавшие его милые дамы, не понимая по-русски, продолжали, видимо, считать, что денег посетившего их достойного джентльмена хватит на всех.

Рыжая девица сняла с себя шейный платок и накинула на плечи Артемию Ивановичу. Это потрясло его до глубины души. Даже в Париже, не говоря уже о Щербаковом переулке, заигрывая с мужчинами, барыни не доходили до таких высот обольщения, как повязывание своего платка на шею понравившегося кавалера. И вовсе они не плотоядные, а очень даже милые! У Артемия Ивановича перехватило дыхание.