Царство Тьмы

Спросила только:

–Как твоё имя?

–Меня зовут Смелый Волк!

–Смелый Волк. – Как-то таинственно отозвалась она, повторив за ним, и поглядела на него своими ясными, лучистыми глазами. – Тебя зовут иначе, – промолвила загадочно девушка и пошла прочь быстрым, уверенным шагом вместе со своей служанкой.

«Что она прозрела? Что она имела в виду? Или ей известно, кто я есть на самом деле?» – Мысль пробудила сильное волнение, оно тут же растаяло посреди ночной тишины. – Каждый день я буду ждать тебя на этом месте, моя любовь! – Крикнул он в след.

–Прощай, Смелый Волк! И не смей меня искать…

«Я узнаю, кто она! Непременно узнаю… – Думал сын Красного Быка, предстоя в этой тихой и молчаливой ночи. – Мне открылась история, и я её проживу, как хочет Бог. Слава Всевышнему! Отвори врата счастья мне…»

Брат Красного Леопарда жил в постоянной тревоге, мысли мучили благородный дух: он ожидал тот день, когда Чёрный Ворон свою дочь представит обществу. И ему, славному воину, помимо сего, надобно завоевать ещё расположение Дикой Розы, а иначе, как он сможет исполнить свой долг?!

Ночами снились какие-то тени: Тигр видел мать, она предупреждала его об опасности, просила вернуться к отцу… Он не сделает этого, потому что пришёл за миром, которого ждал народ, пусть даже для этого потребуется его жизнь.

Счастье, которое вдруг обрёл здесь, придавало ему внутренние силы, но человек, наделённый чувствами ответственности и долга, понимал, что терять голову из-за женщины нельзя, об этом ему всегда говорил Красный Бык.

В эту тёмную ночь он не мог заснуть. Сон бежал не на восток, а на запад. Сильный и могущественный ветер носился за стенами дворца как-то слишком резво и озорно. Собиралась гроза; некое предчувствие побудило Смелого Волка встать с постели и пойти к реке.

Там он увидел её!

Не стерпел и вскричал вдохновенно:

–Дикая Орхидея! Ты пришла!

–Смелый Волк?!

–Ты пришла! – Они находились в нескольких шагах друг от друга. Ему хотелось обнять чужую красавицу, но обещание, которое он дал раньше, не позволило повторить ошибку.

Она ничего не ответила. Плоть девичья заволновалась не простым похмельем земной любви. Что-то таинственное светилось в её милых глазах. Чужое беспокойство и миг страсти были рядом, совсем рядом. Страха нет, но юноша заметил в лице возлюбленной привкус сокрытого отчаяния и непознанной боли.