Реквием одной осени

Трафик жуткий. Шум. Сворачиваем в сторону, идём переулками какими-то. Вот улочка приятная, круговая, в гору идёт. Тишина, только две красопетки, вида несколько потасканного, каблучками цокают нам навстречу. Гляжу на Игоряна – у него глаз загорелся. Понимаю, что всё, завёлся парень, и меня в это блядство втянет. «Работаем», – сквозь зубы цедит он, и натягивает свою фирменную ухмылку.

– Девчонки, а вы местные? – говорит он, заступив им дорогу.

Они обе блондинки. Крашеные, разумеется. Одна улыбается, другая смотрит на него оценивающе.

Слева заборчик невысокий, справа я, на шаг в сторону и чуть вперёд выступил – им нас не обойти. Та, которая только что оценивала, говорит:

– А мы с приезжими не знакомимся, – и многозначительно добавляет, – может быть…

«Ну да, конечно», – думаю я. – «Глаза-то уж засверкали у обеих. Игоряновское пальто, ценой в полтора оклада, у Михельсона на заказ шитое, и не таких краль продаться заставляло». А он дело своё знает, и небритость поглаживает, словно невзначай «Гранд Сейко» демонстрируя.

– Да Бог с вами, милые, – протягивает он, с укоризной смотря то на одну, то на другую. – Мы всего лишь хотим узнать, какая гостиница здесь неподалёку имеется. На особые условия не претендуем, нам только на одну ночь.

Последние два слова он явственно выделил. Блондинки переглянулись.

– Ночи у нас дорогие, – говорит та, что улыбалась. – Восемь тысяч. С каждого.

Вот так вот. Бляди оказались и не бляди вовсе, а совсем даже профессионалки и, по питерским меркам, недорогие вовсе.

Но отступать несолидно. Подвёл Игорян, оконфузился. Замолчал. В диалог вступаю я. Настроя особого нету, но марку держать надо.

– Мы утром уже уезжаем, и хотелось бы выспаться. Так что на часик, девочки. Ну, может быть на два, если способности проявите.

Я, конечно, на фоне Игоряна не котируюсь, в куртке натовской и «Левисах» потёртых. Но деньги у нас есть, и они это поняли.

– Проявим…, – говорит оценивающая, и они, не сговариваясь, берут нас под локти.

 – Пошли, мальчики…

Идём мы, значит, а я думаю: «Пошли – это приказ говорить пошлости, а в нашем случае надо говорить – пойдёмте». Мысль ужасно глупая, занудная и несвоевременная. А ещё машину жалко, она ведь в другой стороне остаётся, да утром до неё идти придётся, а лень будет. Но машина моя стоит, как пальто игоряновское, да пара наших часов в придачу: они хоть и проститутки, хоть и не столичные, а фасон терять не хочется. Так что идём.