Штурмак. История вторая. Пламя в ночи.

Не решив, как поступить в первую очередь – вытереть пролитое или запустить чернильницей в Шульца – Велтен неожиданно вспомнил об оставшихся у него черновых записях расчётов, и это принесло ему некоторое облегчение. Гроссбауэр молча отложил перо, положил на край стола лист клякспапи?ра, поставил на него чернильницу, взял ещё несколько листиков и аккуратно постелил их на книгу.

– Дорогой, Ерс, наверное, у тебя была причина так резво врываться ко мне?

– Какой ты небрежный, оказывается, когда никто не видит, – насупился Шульц.

 – Промокашки переводишь. Но… это… у тебя рядом с полем спит Игнац.

– Игнац?

– Ну да. Библиотекарь нашенский.

– А что он там делает?

– Понятно что – спит.

– Ничего не понятно, – возразил фермер. – Зачем этому уважаемому человеку спать рядом с моим полем?

– Этот уважаемый человек вчера был ну очень уважаемым и, видимо, сам часто проявлял уважение к другим.

Велтен вопросительно уставился на Шульца.

– Пережрал он вчера! – прямо сказал тот. – Я думал, что ты человек образованный – поймёшь про уважение.

Я ж имел в виду, что когда мужики напьются, так и начинают друг друга уважать, – принялся объяснять пьяница. – Я тебе покажу в следующий раз…

– Не надо мне ничего показывать, – замахал руками гроссбауэр и, огорчённо вздохнув, глядя на испорченную книгу, добавил. – Пойдём, посмотрим, как Игнац.

Разбудить библиотекаря удалось не сразу. Обливать холодной водой свернувшегося в клубок мужчину не стали. Зато по щекам надавали знатно.

Бедный Игнац, продрав глаза и поняв, что он в одних портках, сначала уставился бессмысленным взглядом на Шульца, перевёл взгляд на Велтена и выдал такую историю о своих злоключениях, от которой пьяница побледнел, а фермер присел прямо на покрытую росой траву. Рассказал библиотекарь и про то, как лишнего хватил, и про то, как страшное чудище на него напало, и про бегство через весь город, а вот как он рядом с полем ржаным оказался, так и не вспомнил.

– Пойду-ка я на работу, – закончил рассказ Игнац.

– Ты бы домой сходил сначала да портки бы поменял, а то неясно, отчего они у тебя такие мокрые: от росы или от пьянства, – бросил Шульц.

– От росы, конечно же, – обиженно ответил библиотекарь.

– Я, если честно, тоже тварь эту встретил. Только ночью раньше.

Теперь уже настала очередь удивляться Игнацу.

– И где проснулся?

– Дома. Я ж откупился. Отдал одну монету, сказал, что больше нету. Эта тварь поверила, деньги забрала и исчезла.