Без чувств, без эмоций, выжить

Есть какие-то предпочтения в силденафилах[7 - Силденафил – лекарственный препарат для улучшения эректильной функции]?

Все умолкли. Я был в недоумении, полагаю и не только я, задался вопросом: что это?

– Резинка от денег сойдёт! – Выпалил студент, рассмешив почти всех без исключения.

– В первом же конверте с вашим гонораром, Роман, купюры будут с резинкой. Надеюсь, цвет не принципиален.

– А тебя, как зовут? – Выпалил он, опять же в стиле «а ну, эй ты».

– Стен, – прохрипел за его спиной Сергей.

Сам же, Стен, стоял, вперившись взглядом в студента, лишь проронив:

– На «ты» мы не переходили. – Студент отложил книгу, готовый продолжить этот словесный батл, взгляд заблестел, как у шахматиста, перед которым расставили шахматные фигуры на исходную. – Звать меня, вам нет необходимости. Есть администратор, есть режиссёр, вечером познакомитесь с продюсерами. О силденафилах вопрос обсудили, резинка для денег при слабой потенции будет. На это, собственно, всё. Есть ещё у кого-то вопросы?

– Их много? – Спросила рыжая.

– Силденафилов много, продюсеров несколько. – Стен выдавил улыбку, демонстрируя раздражение, Сергей шкодливо подхихикнул, остальные промолчали. – Если вопросы исчерпаны, располагайтесь. Прямо за дверью выход на террасу, курить можно только за углом здания. На кухне кофе, чай, снейки. Добро пожаловать!

На этом двери сомкнулись, стерев мысли о том, чтобы отказаться. Стен кивнул Сергею, и они скрылись в дверном проёме, словно их поглотило здание.

Тогда воображение рисовало какую-то сложную систему лабиринтов из коридоров, мы все сидели и ожидали, переглядывались, говорить никому не хотелось. Я был уверен, что студента сегодня же «попросят» покинуть студию, если не сразу, то вечером. Но этого не произошло. А теперь они и вовсе спят вместе. Может, это тогда они специально разыграли интермедию перед нами, чтобы никто их не заподозрил?

Вспоминаю себя в тот, момент и ощущаю, как щёки зарделись от смущения. Мне хотелось раствориться в воздухе и просто не быть, но я терпел.

Думал о деньгах, припоминал о том, что даже вернуться домой не на что, и терпел. Терпели мы всё. Я ощущал себя инородным телом сред них, думал о том, что вот они-то, вокруг явно профи, а я вот…

«Первый стресс»

Сейчас тот период, лишь давнее воспоминание, что когда-то был и промчался быстрым вихрем сумбурных и колоритных событий, тогда он был мучительно долгим и тягучим словно нагретый сахар.