Выродок из рода Ривас

К вечеру я смог сам, без помощи медсестры, встать с постели и, держась за стену, дойти до окна. За окном был огромный город, полный людей. Исходя из их одежды, на улице не было особенно холодно. Нескольких деревьев, попавшихся мне на глаза, навевали грусть своими голыми кронами. По улице ездили различные конные экипажи. Не все названия их я смог вспомнить. Проезжали и люди верхом на лошадях. Уличное освещение было организовано вообще без капли магии и, в отличие от освещения в больнице, не было основано на энергии молнии.

За те десять – пятнадцать минут, что наблюдал за улицей, я не увидел ни одного одарённого человека.

Я отошёл от окна и присел на кровать. Пожалуй, пора подвести предварительные итоги. Итак, тело слушается меня с каждым днём всё лучше, физически мальчик хорошо развит, скорее всего занимался фехтованием. Память его мне досталась полностью или почти полностью, осталось разобраться в ней, магических сил совершенный мизер, но это поправимо, главное – есть рабочий канал на план пространства.

А когда у вас есть рабочий канал, вопросы резерва волнуют во вторую очередь. Общественное положение – великолепное, один из двухсот на весь мир – это звучит, причём звучит громогласно. С моей собственной памятью – очень большие проблемы, хотя она где-то есть, но вот всплывает информация из неё маленькими кусочками, неожиданно и чаще всего ассоциативно. Странности мира начинаются с того, что у всех, кого я мог видеть, маленький резерв, маленький по моему прежнему окружению, и заканчиваются тем, что за эти дни я не увидел и не услышал об использовании других типов магии кроме внутренней – магии резерва и пространственной магии.

Вопросы множились, а ответов пока не находилось. Решив, что утро вечера мудрёнее, я лег на постель и сразу же заснул.

Глава 3

Проснулся я ранним утром от какого-то шума. Открыв глаза, я обнаружил, что ворвалась, иначе и не скажешь, весьма пёстрая компания. Возглавлял её доктор де-Жильбао, которого теснила моя тётя Жаннетт, следом за ней шёл какой-то сгорбленный старик в фиолетовой мантии без головного убора.

Замыкал процессию мужчина в форме, память подсказала, что это форма полиции Белопайса.

Тётя Жаннетт бушевала:

– Я требую, чтобы мой племянник был немедленно выписан из этой больницы, куда как к себе домой шастают какие-то худородные девчонки. Я заберу его домой, в замок Ипр, и там родовая магия поставит его на ноги гораздо быстрее всяких докторов.