Выродок из рода Ривас

В настоящий момент в суде восемь судей. Двое убито. Одним из них являлся мой отец, которому, как наследнику Древнейшего и Благороднейшего дома, место члена суда предоставлялось по праву рождения. До моего совершеннолетия это место либо должно было пустовать, либо, с согласия всех членов суда, заниматься моим опекуном. Выборы же судьи на освободившееся место другого погибшего в ходе войны члена суда ещё не были проведены.

По титулу маркиза Ипрского. Этот титул уже принадлежит мне по праву «рода и магии». Поэтому титуловаться маркизом Ипрским я могу невозбранно.

Но для соблюдения формальностей мне необходимо лично явиться в геральдическую палату и заявить о своём принятии титула перед специальным артефактом. Это решено было сделать до завтрашнего суда.

По награде для меня за спасение детей. На мой недоумённый вопрос: «каких детей», все с изумлением замолчали. Первым, как это ни странно, опомнился неодарённый:

– Первородный Ривас, вы помните, как вы попали в больницу?

– На замок напали возгулы, нас отводили во внутренние помещения.

Через несколько минут я увидел, как четверо возгулов идут к нам. При их приближении меня охватил ужас. Я хотел убежать, но не мог пошевелиться. Я захотел, чтобы они исчезли. Очень сильно захотел. А они приближались, неторопливо, как будто давая мне шанс убежать. Когда они приблизились ко мне почти вплотную, я почувствовал тепло. Оно разгоралось во мне. Мне стало жарко, очень жарко. Возгулы приблизились почти вплотную, и ближайший протянул ко мне свои руки. Я выставил свои, которые к тому моменту, казалось, горели. Потом… помню огонь. Много огня.

Я пересказывал воспоминания Сержа и его ощущения полностью безэмоциональным глухим голосом. Внутри меня, казалось, всё застыло в этот момент. По мере того, как говорил, я всё больше выпрямлялся в кресле. Я не понимал, что со мной происходит, но не мог противиться этому состоянию. Взрослые замерли и с испугом глядели на меня. Когда я закончил, Мария вскочила со своего кресла и, подбежав к моему, упала перед ним на колени, обняла меня.

– Серж, Серж, пожалуйста, успокойся. Всё уже позади. Ты спас всех детей, находившихся в Берлагене, поэтому тебя решили наградить. Я так горжусь тобой!

В её глазах стояли слёзы. Внутри меня как будто лопнула какая-то струна, и я смог расслабиться и обмяк в объятиях Марии. Мужчины заговорили между собой, поглядывая на меня. Мне предложили чаю, в который была налита порция успокаивающего зелья.