Чумной доктор

Водителю, в томительном ожидании коллег и госпитализируемого пациента, ничего не оставалось, как последовательно отвечать на сумбурный поток вопросов молодого человека. Стоило открыться двери подъезда, и оттуда вышли фельдшер и медсестра в защитных костюмах, а следом не переставая кашляющий, раскрасневшийся от высокой температуры мужчина, полицейский с молниеносной скоростью отбежал от машины.

– Листьев! Мы здесь!

Это крикнула Алла Манжос, выглянувшая из-за огромного фургона следственного комитета.

Возле нее стоял высокий мужчина в черной дубленке, который периодически поправлял шарф на горле. И без того хмурое лицо исказилось гримасой недовольства.

Ян подошел к ним и его неприятно поразил прожигающий взгляд незнакомца.

– Олег Вадимович, – без всяких церемоний представила загадочного мужчину Манжос.

А потом развела руками, будто в воздухе висело непонимание.

– Он из ФСБ.

– ФСБ? – недоверчиво переспросил Ян.

 – И зачем же вам так утруждаться?

Олег Вадимович, фамилию которого явно не собирались озвучивать, равно как и звание, взглянул на Листьева, как на последнего идиота.

– Просто наше ведомство хочет понять, есть ли в вашем убийце, которого вы не можете ни поймать, ни остановить, угроза национальной безопасности.

– Да ну, бросьте вы, – пожал плечами Ян, опуская взгляд в промерзлый асфальт. – Вряд ли он пойдет на Кремль со своим желтым боксом.

Человек из спецслужбы вновь смерил Листьева уничижительным взглядом.

– Я бы вам ответил весьма грубо, но ваши прошлые заслуги, господин бывший следователь, не позволяют мне этого сделать. Это же вы поймали кукольницу?

Ян поежился. Не от слегка неуместного комментария про бывшего следователя, а от воспоминания об деле почти десятилетней давности. Кукольница, или в миру Виктория Эдвардовна Набока, была практически единственной женщиной-маньяком на Урале за последние полвека, если не больше, и совершенно точно единственным маньяком женского пола в карьере всех, кто занимался ее делом.

В том числе и Листьева. Кукольница приходила в дома несчастных людей по выходным дням, выбирая семьи с двумя присутствующими родителями, и, как правило, несколькими детьми, после чего всех убивала. Настолько молниеносно, что никто не мог ничего сделать и попробовать дать малейший отпор.