Вместить в ладони бесконечность

Заведующий протянул несколько бумаг. Трудовой договор был всего на двух листках и содержал типовые права и обязанности сторон – работника и работодателя. Третий представлял собой соглашение о хранении коммерческой тайны, с обычными пунктами о неразглашении. Правда, Макс не понимал, какие уж такие серьезные коммерческие тайны могут быть в этом, «ожидающем чего-то там» детском садике.

Все-таки оставалось ощущение, что все происходящее было иллюзорным, неправдоподобным и напоминающем чью-то шутку.

– У вас очень странная трудовая книжка, – прервал его сомнения Данислав Юльевич. – Вы толком нигде не поработали. Интересно знать почему.

Макс почувствовал легкое чувство стыда и смущения. Ему было все равно, когда рассуждали или иронизировали на тему его трудовой биографии, это его жизнь и ничья больше, и смело можно посылать на хрен тех, кто пытался читать нотации или учить как нужно работать в жизни. Да и вообще, как нужно жить современном здоровому парню в двадцать пером веке в огромном уральском мегаполисе.

Но несмотря на твердую позицию в отношении работы и всего, что с ней связано, когда он попадал в среду, где люди работали пять-шесть дней в неделю, убивались на работе, он казался для всех свободным художником – малоинициативным, без постоянных средств к существованию.

Иначе говоря, бездельником.

Проще говоря – неудачником.

Неудачником, потому что он не смог быть как все и попытаться работать как все.

Он никому не нужен, читалось в глазах некоторых. И девушки у него нет по такой же причине. Кому нужен такой?

И главный его минус – ТАКОЙ НИКОГДА не сможет стать НОРМАЛЬНЫМ отцом ХОРОШЕГО ребенка.

Приговор вынесен, господа присяжные. Расходимся.

Ошибка была в одном. Девушка у него есть. И девушка классная – красивая, с ногами от ушей и поразительно умная для такой внешности. Другой вопрос, насколько он нужен был ей.

– А вы не любите отвечать на этот вопрос, – ответил за него Данислав Юльевич, после секундной заминки Макса.

 – Вас он раздражает.

Он акцентировал последнее слово. И попал в точку.

– Да, я не люблю об этом говорить. Правда. Именно поэтому я и спрашивал, действительно ли я вам подхожу.

– Мне неинтересна ваша прошлая биография. Есть только один вопрос – родственники у вас остались?

Как верно подмечено – остались. Действительно остались – родители. Родная мать и отчим.