Вместить в ладони бесконечность

Зеленое бархатное платье было таким красивым, что многие девочки, играющие с ней, наверняка хотели бы себе точно такое же. И диадема на вьющихся волосах блестела даже при слабом освещении холла, словно там были вставлены самые настоящие драгоценные камни.

– Как ты здесь очутилась все-таки? – сказал ей Макс и взял на руки.

Она была легкой, практически невесомой и какой-то…. НЕ ТАКОЙ. Именно такое слово нужно было подобрать к описанию. Игрушка была не то что необычной, странной, пугающей (конечно, пугающей и странной тоже) – кукла была НЕ ТАКОЙ как все игрушки.

В ней было нечто… завораживающее. Непонятное.

Отталкивающее.

Макс не хотел бы, чтобы такой игрушкой играла его будущая дочь.

Он положил куклу обратно.

Я не нравлюсь тебе, мальчик?

Макс обернулся.

Ему показалось или кто-то сказал это? Словно не рядом с ним, а у него в голове. Он опять опустил голову и посмотрел на куклу. Та неподвижно сидела с прислоненной к стене головой.

– Я тебя спрячу и только попробуй мне еще раз попасться на глаза – вылетишь на помойку, поняла меня? – он взял куклу за ногу, перевернул и потащил в ближайшую игровую комнату.

Там открыл коробку, в которой лежали кубики с буквами и бросил туда.

Все же как она оказалась на скамейке?

Нужно обойти садик и понять, есть ли тут кто-то еще.

Он забрал со стола радиотелефон и отправился бродить по садику.

На кухне радио затянуло очередную старинную песню: «выхожу один я дорогу, сквозь туман кремнистый путь блестит».

Неизвестная исполнительница красиво и аккуратно выводила каждую ноту, что Макс даже на мгновение заслушался, но потом продолжил путь. Романс был как нельзя в тему, только в данном случае один он выходил в коридоры таинственного садика, в котором, как он уже не сомневался, творилось нечто странное.

Или же все это просто померещилось? Но с чего?

Он обошел весь первый этаж, попеременно заглядывая в каждую комнату, обследовал кладовые и туалеты, но не встретил ничего странного.

И тем более не нашел присутствия посторонних людей. Второй этаж практически ничем не отличался от первого – разве что здесь в основном были спальни для детей.

Что ж, как там пелось в песне на «Радио Союз»? Нам не страшен вал девятый, ведь мы ребята 70-й широты.

Максим тоже перестал бояться и решил спокойно доработать первый рабочий день до конца, больше не обращая внимания на все эти странности.