Быстрый мир

Пройдя через следующую дверь, они увидели большую комнату. Посредине комнаты стоял стол, на котором расположились тарелки со столовыми приборами и несколько керамических горшков, от которых поднимался пар. Пахло едой.

С двух сторон от покрытого белой скатертью стола были скамьи из отполированных до блеска досок.

Противоположную от двери стену занимало окно. За окном по двору важно вышагивал самый настоящий гусь.

– Ого! – Максим первый сел на скамью, – я голоден как никогда.

– Первый сел, значит ты на раздаче сегодня, – Мефодий занял место напротив.

Из столовой в обе стороны куда-то вели четыре двери. Две с одной стороны, две с другой. Двери были закрыты.

– Не мучайся ты так! – увидев, как Макс пытается ложкой выловить из горшка пельмени, обратилась к нему Рита, – дай я разложу.

Пельмени были вкусными. Максим привык к магазинным, от чего он тщетно пытался провести вкусовую параллель с известными ему марками. Но параллель не находилась.

Во втором горшке заваривался чай. Вернее, что-то очень похожее на него. Пахло хвоей и ягодами.

– Вот, все равно ничего ясно не стало, – Галя аккуратно разлила ароматный отвар по кружкам, – хорошо, хоть, не приковывают ни к чему и руки не заламывают.

Из прихожей послышался звук шагов. Через секунду вошла пожилая женщина в сарафане и косынке:

– Покушали?

– Да, бабушка, спасибо, очень вкусно!

Мефодий для себя решил, что удивляться чему-либо не нужно.

– Ой! – бабушка посмотрела на Риту и Галю, – А чего это вы в мужском?

– Так удобнее, – ответила Рита.

Бабушка откуда-то достала поднос, переставила на него опустошенные горшки с грязной посудой и, взяв его, пошла в сторону выхода:

– Не смешите вечных, надевайте сарафаны, – оглянувшись сказала она, – в мужском вы на мужчин не похожи. А раз не похожи, то и маскироваться нечего.

– Вот так вам! – Мефодий посмотрел на девушек и погрозил пальцем – тут не забалуете.

– Ты бы лучше спросил у нее, где мы, – услышав, что за бабушкой захлопнулась входная дверь, сказал Макс.

– А у тебя языка нет, что ли? Сам бы и спросил.

Макс махнул рукой, встал из-за стола и подошел к окну. Двор, по которому продолжал бродить серый и очень важный гусь, был огорожен высоким дощатым забором. За забором виднелись крыши и кроны деревьев.