Лес господина Графа

Все замерли, не понимая, чего ждать, лишь вахмистр Павий, старший среди солдат, побывавший во всяких переделках и слыхавший обо всём на свете, успел подать команду:

– Назад! – рявкнул он. – Отходим живо!

В бою и походе командует тот, кто первым разобрался в обстановке, но, едва вокруг отряда сомкнулись осточертевшие кусты черёмухи, ван Гариц повернулся к старому служаке и спросил резко:

– Так в чём, собственно дело? От кого мы бежали?

– Вы же слыхали, – хмуро ответил вахмистр. – Хозяин это лесной.

Злится на нас. Ещё бы минута – костей бы не собрали.

– Какой ещё хозяин? Здесь хозяин я!

– Лесной хозяин… – Павий замялся и совсем тихо произнёс запретное имя: – Лешак…

– Леший?! – молодой граф даже забыл разгневаться. – И из-за такой ерунды ты заставил нас бежать? Вперёд!

Ван Гариц выдрался из густого подлеска и пришпорил коня. Солдаты последовали за ним, но неохотно, очевидно в их душах страх перед лесным хозяином жил так же прочно, как и повиновение хозяину истинному, и они, наслушавшись вечерних сказок, совершенно не желали лезть наобум, особенно, если старшой скомандовал ретираду.

А даже если и не было бы никаких леденящих криков, но когда командующий протрубил атаку, а вахмистр в сомнении качает головой, всякому ясно, что никто чудеса храбрости являть не станет.

Обычно нерешительность в атаке ни к чему хорошему не приводит, но именно сейчас она спасла жизни некоторым из солдат. Крик невидимого лешака вновь ударил по ушам, и, не выдержав этого стона высоченная мачтовая сосна расщепилась вдоль ствола, рухнув на то самое место, где должен был очутиться отряд, исполни он приказание, как то следует в бою.

На этот раз команду к отходу дал сам молодой Гариц: слишком уж явным было неравенство в силах; мечом против падающего ствола не оборонишься. Отошли недалеко, но всё в тот же мокрый, цеплючий лес.

– Что теперь делать? – ван Гариц спрашивал так, словно обвинял.

И хотя вопрос был скорее обращён к Павию, но ответил ван Мурьен, до той поры не вмешивавшийся в течение дел.

– Обходить. Вы же видите, ваша светлость, здесь нам не прорваться. Во всяком случае, без потерь мы не пройдём.

– Что же получается, – проскрипел молодой граф, – лесной бесёнок, которого с лёгкостью должен гонять любой церковный служка, может диктовать свою волю мне?

– В своей норе и хомяк хозяин, – рискнул вставить слово вахмистр.

– Почему мы не взяли с собой священника? – повернулся Гариц к Мурьену.