Нефритовый след

Времени на размышление не было, а потому патрульные – честь и хвала им за решительность! – дабы пресечь противоправные действия, не щадя подвески, слёту запрыгнули на своём «крузе» через бордюр прямиком на тротуар, чем помешали душегубу довести задуманное до логического конца. Вероятно, стражи порядка, выскочив из машины, произнесли какие-то дежурные слова, вроде: «Брось оружие или открываем огонь!», а может и нет… Как бы там ни было, результат налицо: стрелок голосу рассудка не внял, возможно, стал стрелять в полицейских, и тем пришлось-таки открыть огонь на поражение.

Ну а подельник, поджидавший за рулём мотоцикла, смекнув, что всё пошло наперекосяк, счёл за благо ретироваться с глаз долой, бросив своего незадачливого партнёра на произвол судьбы.

Прокрутив всё это в голове, Андрей поспешил с вопросами к медикам, которые закончили колдовать над потерпевшим и теперь бережно укладывали его на носилки. Но не тут-то было – дорогу сыщику преградил возрастной полицейский прапорщик, внимательно следивший, чтобы условную линию оцепления никто не пересекал.

– Сюда нельзя! – строго предупредил он, как бы между делом поправив висевший на плече автомат, короткоствольную модификацию всемирно известного «калашникова».

– Мне можно, – заверил его Гришин и предъявил удостоверение.

Ознакомившись с документом, прапорщик взял под козырёк.

– Проходите, товарищ подполковник.

Получив благословение от бдительного цербера, Андрей подошёл к носилкам. Он прекрасно знал, что если есть хоть малейший шанс на спасение жизни, сотрудники «скорой» обязаны немедленно доставить пострадавшего в ближайшее медучреждение, и наплевать им на то, что здесь произошло не так давно.

Им, но не мне, напомнил себе сыщик, намётанным глазом не хуже фотокамеры фиксируя всё, что впоследствии могло бы иметь значение для расследования.

Объектом заботы медработников являлся грузный мужчина лет пятидесяти. Если и жив, то находится в бессознательном состоянии, а, стало быть, как источник информации, пока, увы, бесполезен, без восторга констатировал Гришин, продолжив осмотр.

Туалет потерпевшего находился в полнейшем беспорядке: окровавленный пиджак распахнут на груди; расслабленный галстук сдвинут в сторону, чтобы не мешал; обильно пропитанная кровью рубашка разорвана. Оно и понятно – в такой ситуации возиться с пуговицами некогда. На асфальте, с которого пострадавший перекочевал на носилки, расплылось немалого размера бурое пятно. Прилично, однако, из него вытекло, отметил оперативник.