Перстни шейха

Ведь, практически каждый божий день, ему приходилось выслушивать ворчание Михалыча на тему «Так жить нельзя!» или «Куда катится мир?». Но он стойко и безропотно переносил это испытание, отчасти потому, что и сам так думал, отчасти, чтобы избежать бессмысленной нескончаемой дискуссии, грозившей затянуться на часы. Так или иначе, но уже шестой год они неплохо уживались вместе, причём умудрялись проделывать это с пользой для дела. Раскрываемость у группы была на недосягаемой для коллег высоте, хотя, курируемый ими ЦАО, по количеству убийств, вообще, и так называемых резонансных, в частности, прочим округам нисколько не уступал.

Кстати, о группе… Усевшись за руль и со второй попытки запустив-таки, двигатель автомобиля, совершенно не к месту и не ко времени Ершов вспомнил о наболевшем. Уж три с лишним месяца прошло, как Колбин «дезертировал» в министерию, а кадровый некомплект до сих пор не ликвидирован… По укоренившейся традиции, каждый муровский отдел, скажем так, полуофициально делился на группы, состоящие из трёх сотрудников.

Кто, когда, и почему завёл такой порядок, точно установить теперь уже вряд ли удастся. Объяснений найдётся с десяток, и все они будут похожи на правду, но истинная первопричина, вероятнее всего, так навсегда и останется тайной. Впрочем, это к делу отношения не имеет… Куда загадочнее другое: почему-то для Михалыча, как старшего одной из таких групп, кадровая проблема давно уже стала перманентной. В небольшом коллективе, возглавляемом подполковником Ершовым, третий обычно больше чем на год не задерживался.

Придёт человек, поработает, потом, глядь, скакнул куда-нибудь на повышение. Упомянутый капитан Колбин был уже четвёртым в списке убывших за неполных шесть лет. И то сказать, этот дольше других продержался – почитай, полтора года! Народ по кабинетам посмеивался, мол, Михалыч наладил конвейер по выпуску руководящих кадров.

Оно, конечно, продолжал рассуждать Ершов. Необходимость карьерного роста и всякое такое… Только мне от этого не легче. И ведь, как нарочно, за всё это время ни одного приличного кандидата.

От тех, кого руководство по доброте душевной или по настоятельным просьбам друзей-приятелей подсовывало, я до сих пор кое-как отбрыкивался, но нормальных-то людей где взять? Хотя вру, один был… Игорёк Иванов – хлопец из выпускников эмвэдешного университета, в смысле, бывшей «вышки». Его в управление на предвыпускную практику направили, когда я на Тамбовщине в законном отпуске пребывал и окушков из Цны дёргал.