Сокровище Итиля

Вместо того, чтобы написать заявление с просьбой о приеме на работу в институт, Иволгина даже не в личной беседе, а по телефону «обрадовала» своего наставника, сообщив, что ей предложили место в РГВА** и она дала согласие. Не промолвив ни слова, Виктор Валерьевич положил трубку.

Тогда, оскорблённый в лучших чувствах, он расценил её поступок как предательство. Двигал им, разумеется, примитивный эгоизм. Рассудок затмила горечь обманутых ожиданий. Ну как же – себя, своих напрасно потраченных сил и времени пожалел.

Он-то надеялся, что Лена станет его… преемницей, если конечно такое определение вообще применимо к научной деятельности, и, конечно же, был уязвлён, как бывает уязвлён родитель, многие годы пестовавший своё чадо, и вдруг обнаруживший, что повзрослевший ребёнок проявил вдруг своеволие.

С годами ощущение обиды притупилось, и Виктор Валерьевич смог взглянуть на произошедшее более трезво. Ну да, так вышло! Жизнь-то будет посложнее, чем поездка на трамвае по однажды избранному маршруту: сел и едешь себе до конечной.

Случаются остановки, пересадки… Не всё и не всегда складывается так, как планировалось. И вероятнее всего у Лены имелись серьёзные причины, чтобы принять то решение, которое она приняла. А он, ослеплённый вспышкой эгоцентризма, даже не соизволил поинтересоваться – что, почему, зачем? – и вынес обвинительный вердикт на голых эмоциях.

*«Ищите и обрящете» на латыни.

**РГВА – Российский государственный военный архив.

Однако, что сделано, то сделано. Никаких шагов для восстановления прежних добрых отношений ни одна из сторон не предприняла. В итоге, каждый пошёл своей дорогой.

И вот по прошествии восьми лет Елена Николаева Иволгина неожиданно сама ему позвонила…

– Извините, что беспокою. – Её голос вырвал Нарымова из плена воспоминаний. – Вы, ведь, наверняка не охладели к хазарской теме. Ко мне попал один документ, имеющий к ней отношение. Уверена, он вас заинтересует. Можете подъехать ко мне в офис?

– Когда? – деловито поинтересовался он.

– На ваше усмотрение, – предложила она.

– Тогда завтра часиков в девять, – после секундного раздумья сказал Виктор Валерьевич.

– Отлично. Охрану я предупрежу. Вас ко мне проводят. До завтра.

– До свидания.

Закончив разговор, Нарымов надолго задумался. Странная всё-таки штука жизнь. Считая свои былые отношения с Леной Иволгиной чисто профессиональными, он не лукавил.