Варяг

Авторы такого рода произведений какими-либо объяснениями – что да как, отчего да почему? – предпочитают вообще не утруждаться. Жил себе жил человек спокойненько, и нате-здрассте – попал! Спору нет, подобное чтиво и близко не дотягивает до «Критики чистого разума» Канта. Так оно на это и не претендует. Обычная книжная развлекуха, которой люди зачитываются в метро, в поезде, в самолёте. Чего уж греха таить, в своё время такого рода фантастическая чепуха и самому Эрику тоже очень даже нравилась. Но читать о чужих приключениях и самому попасть в подобную передрягу – отнюдь не одно и то же.

Нет уж, ребята, увольте! Я на такое не подписывался. В душе начало было вскипать праведное негодование, однако призвав на помощь неумолимую логику, Эрик сумел его утихомирить. Можно подумать, моё мнение кого-то интересует, жёстко напомнил он себе. Если даже всё именно так и обстоит, дело-то уже сделано… Тут дало-таки о себе знать накопившееся нервное напряжение и внезапной волной накатившаяся усталость безо всякого перехода, как будто кто-то свет вырубил, резко погрузила его в избавляющий на время от всех проблем сон.

Разбудил его дразнящий запах. Пахло свежим ржаным хлебом и чем-то еще съестным. Эрик разлепил сонные глаза и увидел молоденькую, очень милую девушку. Дожил. С чего бы это мне девицы начали мерещиться? Он проморгался, но видение не исчезло. Девчонка как сидела на скамейке, так и сидит, глазища свои васильковые таращит. Вся из себя – кровь с молоком, коса русая до пояса, не толстушка, но и не худышка.

Словом, то что надо. Жаль, подробности фигуры скрыты этим балахоном, с сожалением отметил он, неодобрительно глядя на её глухую льняную сорочку с длинным рукавом и клешёную юбку в пол – одежду, прямо скажем, для откровенной демонстрации женских достоинств не предназначенную. А ты чего ждал? Мини-юбку, декольте, и чтоб все прелести наружу? – скептически хмыкнул он, напомнив себе, где находится. Размечтался. Нет, брат, тут тебе не найт клаб – тут Древняя Русь.

Он принял сидячее положение и обвёл взглядом помещение.

Его импровизированное ложе было устроено в углу маленькой совершенно пустой, если не считать той самой лавки, на которой расположилась девушка, комнатёнки. Судя по яркому солнечному свету, проникавшему сюда через подобие узкого окошка прорубленного в стене примерно на высоте человеческого роста, утро наступило уже давно. Снаружи доносились типично деревенские звуки: там периодически гоготала, кудахтала и блеяла какая-то живность.