Суперхищник

А подышать свежим воздухом, вдали от городской суеты, одно удовольствие.

Между тем автобус ехал всё дальше и дальше.

– А куда мы приедем? – спросил Михаил у своего разговорчивого собеседника.

– Скоро увидишь, – ответил тот и уставился в окно.

Спустя где-то двадцать минут транспорт остановился. Все пассажиры вышли, автобус развернулся и уехал обратно пустым.

Итак, вот оно, место, куда уезжают пенсионеры по утрам. Тут ничего нет!

– Красиво, правда? – сказал Михаилу какой-то другой дед.

– А где мы?

– Конечная сотого автобуса.

– И что тут особенного?

Старик осуждающе посмотрел на Михаила.

– Ничего ты не понимаешь, юноша. Путь сюда был живописным?

– Да.

– Тут красиво?

– Да.

– Свежий воздух чувствуешь?

– Чувствую.

«К чему он клонит?» – стояла мысль в голове Михаила.

Старик постоял, подумал и всё-таки сказал:

– А помимо этого тут можно сделать всё, что хочешь. Ладно, пойду запишусь.

– На что?

– Не «на что», а «к кому». К врачу моему. Поясница болит.

– Тут есть врач?

– Конечно есть, молодой человек. Вон там, – и показал пальцем в сторону крупного холма.

Дед ушёл. Остальные старики тоже куда-то шли. Исследователь продолжил слежку.

Первый любопытный казус произошёл, когда он заметил, что какая-то бабка разговаривает с деревом.

– А есть подешевле? – спрашивает она и ждёт, после чего говорит:

– Да-да. То, что надо. Беру пару килограмм.

Она достала какой-то пакет и делала руками движения, будто кладёт в него что-то.

В какой-то момент всё вокруг изменилось. Теперь перед Михаилом красивый парк, какие-то торговые лавочки, у той старушки два пакета: один с картошкой, другой с клубникой. Она, довольная, идёт к другому продавцу.

Где-то справа от Михаила маячит несколько зданий, к которым идёт несколько стариков. Того холма больше нет. Некоторые из пенсионеров сидят на лавочках и разговаривают.

А потом всё исчезло. Теперь он видит сидящих на камнях стариков, те же дебри и отсутствие чего-то выдающегося.

Приехал ещё один сотый автобус, также полный стариков.

«Какая же колымага» – подумал об автобусе Михаил. Прошлый нельзя было назвать слишком красивым, но и прямо писать, что он уродлив, было бы ошибочно. Но этот другое дело. «Держится лишь на добром слове», так бы описал его Михаил. Транспорт весь убитый, фар передних нет, двери едва не отваливаются, стёкла сплошь в трещинах.

А потом исследователь снова стал видеть этот мир в… «правильном» свете.