Роузуотер

Я падаю на четвереньки и изрыгаю желто-зеленую слизь.

– Ох, сука. Это он сделал, – говорю я.

Охсукаохсукаохсука.

– Ты уверен? – спрашивает Феми. – Ни волос, ни ДНК, ни вещественных доказательств.

Я кашляю.

– Еб же твою мать, Феми, если я сказал, что это он, значит, это он. Это сделал он, ясно? Это, блядь, сделал я.

– Кааро, успокойся. – Она кладет руку мне на спину, но я ее стряхиваю.

– Я это сделал. Купил геножор, обработал им себя, а после того как убил их, выпустил в комнату.

Элегантный хак дронов – и мои следы стерты с камер наблюдения. Я оплатил слепоту гостиничного персонала. Утопил их в реке иностранной валюты. Они и на смертном ложе будут клясться, что меня не видели.

Меня рвет.

– Кааро, ты имеешь в виду его, так ведь?

Ох, сука, как мерзко. Ох, сука. Ori mi. Помогите! Лидия! Лидия!

Какого хера я чувствую себя, словно… В чем я виноват?

– Помоги мне, – говорю я. – Помоги.

Я заползаю в угол. Меня трясет не переставая.

Я не могу не видеть свою поднимающуюся и падающую руку, широко открытые глаза, бьющую кровь…

– Сверхидентификация, – говорит доктор. Я не помню его имя. Мне он не нравится.

Три месяца после задания. Я изолирован, «выставлен на холод», как это называют. Меня запихнули в мозгоправку для полевых агентов, которые двинулись башкой, а я совершенно определенно двинулся башкой.

Он продолжает:

– Вы слишком сильно идентифицировали себя с объектом.

Границы эго размылись, и вы утратили целостность собственного «я». Вы думали, что вы – это он.

– Здесь я это понимаю, – говорю я, указывая на свою голову, – а сердцем – нет.

Он смеется.

– Это уже прогресс по сравнению с тем, каким вы прибыли. Если понимаете головой, то и сердце к этому придет.

Я не совсем уверен. Я не совсем уверен, кто я. То есть знаю, что я – Кааро, и работаю на О45, и обучался у профессора Илери, и живу в Роузуотере, и… но… но я помню, как вздыхает Лидия сразу после секса, перед тем как попросить у меня стакан воды.

Я помню, как надел кольцо ей на палец в день нашей свадьбы. Биокупол – смесь лазури и ванили – на заднем плане наших свадебных фоток. Я помню, как она готовила. Помню, как открывал кастрюлю и видел подливу, которая пузырилась, булькала, как пена у нее в горле, когда я…

Я чувствую, как по щеке стекает слеза.

– Док, я скучаю по ней, – говорю я.