Атлантический Штамм

Я чувствовал, что надо встать и уйти. Сердце словно чугунный молот разбивало мне грудную клетку, сверля душу предчувствием глубочайшего душевного кризиса. Но липкое желание взяло меня спазмой за глотку, и я не мог вымолвить ни слова.

– Мое сердце словно камень, – попробовал я сострить.

– А ты знаешь, что вода сильнее камня? – она стояла передо мной, а ветер шевелил ее волосы цвета воронова крыла, внедряя глубоко мне в сердце острейшую иглу грехопадения.

– Детка, я перепробовал много водопадов…

Сильнейшая пощечина ослепила меня.

– Никогда не смей меня так называть! Я не шлюха и не малолетка с марихуаной. Ты меня понял?

– Отлично. Мы знакомы несколько часов, а я уже получаю от тебя оплеухи.

– Тебе что-то не нравится?

Ну что я мог тогда ей ответить. Конечно же, ничего. Я стерпел, и награда была моментальной!

Мы целовались несколько часов подряд без остановки. Над нами гудел океан и волны великой и могучей Атлантики разбивались о прибрежную гальку, шепча о любви и ненависти.

В ту ночь я стал другим. Бежать было поздно. Точку невозврата я прошел.

Рассвет застал нас в обнимку. Я снял свой пиджак и укрыл ее зябкие плечи. Вместе с очарованием ночи ушла ее дьявольская подноготная. Теперь она превратилась в маленького хомячка, спавшего у меня на плече.

Маяк потух и солнце огромным осьминогом выползло из-за горизонта. Далеко-далеко впереди я наблюдал корабль под парусами. Чайки вновь огласили берег своим заунывным клекотом.

Я вызвал такси и отвез ее домой.

Она жила в двухэтажном отеле в пяти минутах езды от своего магазина. Перед дверью парадного входа она обернулась ко мне, в ее глазах на несколько секунд вновь вспыхнула былая страсть.

– Сегодня у меня выходной, но мне надо выспаться. Жди вечера! – и чмокнув меня в губы, она упорхнула.

Я словно в бреду добрался до отеля. Меня бил озноб, я налил до краев стакан коньяка и медленно выпил, всасывая алкоголь каждой клеточкой своего естества. После чего подошел к зеркалу.

Я был еще весьма нестар, ведь мне только тридцать пять стукнет через годик.

Но проклятый коньяк давал о себе знать, я стремительно полнел и раскисал. Дело было плохо. А ведь ОНА не пьет!

Я включил мобильник и набрал номер Рокко. На десятом гудке сонный голос брякнул:

– Чего надо?

– Это я. Сценарий готов будет через неделю.

– Для этого ты мне позвонил, чтобы разбудить ни свет, ни заря??? Снова пьешь?

– Рокко, ты паршивый засранец. Мне надо выговориться.