Только между нами

Не затрудняя себя дальнейшим общением с ней, разворачиваюсь к своему кабинету. Тело переполняет бодрость. Даже встреча с сукой Елисеевой приносит удовлетворение. Как же мне всего этого не хватало: тесной офисной юбки, трущейся о бёдра, дребезжания офисной техники, снующих туда-сюда людей. До того, как занять кресло в «Родинский и партнёры», я работала в крупной международной компании, и лишь спустя год после свадьбы Роман уговорил перейти к нему. Убедил, что хочет меня не как жену, которую необходимо держать под боком, а как ценного специалиста.

В итоге решил сделать из меня комнатную собачку, смысл существования которой – знать хозяйские команды и иметь блестящую шерсть.

Мой кабинет, к счастью, ничуть не изменился: тот же неправильной формы стол, специально заказанный под меня, кремовое кресло с массажной подушкой, на которой так приятно расслабиться в обеденный перерыв, и тот же стеллаж с цветными корешками книг, которые я собирала годами. Люблю толковую развивающую литературу.

Мотивирует и вдохновляет.

Как следует оглядевшись, я иду к окну поднять жалюзи, чтобы позволить приветливому утреннему солнцу оживить заскучавшие стены. Так всегда начиналось моё рабочее утро – с минутной медитации перед ликом пробудившейся столицы. Взгляд падает на белый горшок, стоящий на подоконнике. Кое-что здесь всё-таки изменилось. Мой крошка-спатифиллум, именуемый женским счастьем, превратился в скорчившийся бурый скелет. Я тычу ногтем в высохшую землю и смиренно вздыхаю.

Бесполезно. Его уже не воскресить.

– А я знала, что ты рано или поздно появишься, – весело звучит позади.

Стряхнув с пальцев серую пыль, я оборачиваюсь. Из дверей кабинета на меня смотрит улыбающееся лицо сотрудницы отдела кадров. Вера. Обожаемый мной человек, с которой мы немного потерялись из-за её декретного отпуска и моей личной трагедии.

– Поняла, что ежедневные спа и обеды в ресторанах не моё, – коснувшись губами её щеки, посмеиваюсь я. – Как ты?

– Вертимся понемногу, – в своей рабоче-крестьянской манере отмахивается Вера.

 – Я только «здрасте» забежала сказать. А то Роман Анатольевич заметит, что я мужские причиндалы за его казенные харчи пинаю, и выгонит с треском. Потом же поболтаем, да?

Я уверяю, что обязательно поболтаем, и после того, как она уходит, набираю Романа. После приезда в офис он сразу же заперся у себя в кабинете, и толком обсудить будущие нюансы работы у нас не получилось.