Одолей меня

Он выглядит измученным. Похоже, может сломаться, треснуть пополам в любую минуту.

Джеймс через всю комнату ловит мой взгляд, он ждет ответа.

Я вздыхаю.

– Что за теория, парень?

Лицо Джеймса просветлело.

– Я тут подумал: может, все эти убийства понарошку – просто чтобы отвлечь внимание.

Я приподнимаю бровь.

– Ну, если кто-то хотел похитить Уорнера и Джульетту, – объясняет Джеймс. – Понимаешь? Ты сам только что сказал. Лучше и не придумать, правда?

– Ну да. – Я все еще не понимаю.

 – Допустим. Но зачем Оздоровлению что-то придумывать? Когда это они скрывали свои намерения? Если, например, они решили забрать Джульетту или Уорнера, то пригнали бы хренову тучу солдат, да и дело с концом.

– Следи за языком, – рычит Адам.

– Виноват. Вычеркни «хренову» из протокола.

Адам качает головой. Готов задушить меня. А Джеймс смеется, вот что самое главное.

– Нет. Не думаю, что они бы бросили сюда столько солдат, – возражает Джеймс, блестя голубыми глазами. – Нет, если им есть что скрывать.

– Ты думаешь, им есть что скрывать? – Лили говорит резко. – От нас?

– Не знаю, люди иногда что-то скрывают.

Джеймс украдкой глядит на Адама так, что мое сердце от страха пускается вскачь, и я хочу ответить, однако Лили опережает меня.

– Согласна. Может быть. Но Оздоровление никогда не искало повода. Да и общественное мнение перестало их волновать уже очень давно. Они уничтожали людей на улице просто потому, что так надо. Не думаю, что их бы заботило что-то скрывать от нас.

Касл расхохотался так громко, что мы все резко обернулись и взглянули на него. Мне стало легче оттого, что он пришел в себя, хотя, видимо, рассудок он потерял. Касл выглядел злым. Таким злым я никогда его не видел.

– Им есть что скрывать от нас, – решительно выдает он. – Да и друг от друга. – Глубоко вдохнув, Касл наконец встает на ноги. Улыбается десятилетнему мальчику: – Джеймс, а ты умен не по годам.

– Спасибо, – говорит Джеймс, моргая.

– Касл, сэр. – Мой голос звучит намного резче, чем хотелось бы. – Объясните нам, что все-таки здесь происходит? Вы что-то знаете?

Касл вздыхает. Трет ладонью небритый подбородок.

– Хорошо, Назира, – произносит он в никуда, словно разговаривает с призраком. – Твой выход.

Когда появляется Назира, будто сотканная из воздуха, я не единственный, кто злится. Ладно, наверное я единственный, кто злится.

Тем не менее каждый выглядит удивленным.