Жизнь с хаски глазами кошатника, Или #Хасководам_номер_раз

Пофыркивая от досады, наш собако-папа поплёлся в вольер. Денис, услужливо придерживая калитку, задавал указательным пальцем направление, следуя которому пёс мог избежать внеплановой раздачи звиздюлей. А мы новых травм, нанесённых радующейся гиперактивной собакой. Только его хвост пересёк черту калитки, та захлопнулась. Щёлкнул засов.

– Ого, какой вольер… – мы с восхищением оглядывали добротное строение из металлической сетки, с железными опорами и бетонным фундаментом. Сооружение было способно удержать взрослого медведя.

– Да фигня. Всё равно сбегают, – только отмахнулся Денис. – Роют подкопы, перелазят через забор.

В наших глазах погас немой вопрос. Для хасей нет преград. Они как медоеды, только собаки. На всё пойдут ради еды. Если не могут дотянуться – доползут, добегут, доплывут, долетят, дадут взятку на границе, телепортируются. А если еду надо выпросить, во взгляде трагически погибает Гамлет, тонет Офелия, Джина убивает Сиси. «Ты только дай понюхать, я открою тебе все тайны мироздания!» – говорят эти глаза напротив.

Врут, конечно, самым подлейшим образом. Не заметишь, как в руке вместо кусочка съестного останется сантиметровый слой слюней, а гордо задранный хвост сообщит, что ты ещё не дорос даже до самой паршивенькой из великих тайн Вселенной.

И тут на сцене появилась наша собако-мама… Рослая, статная, чёрно-белого окраса, волкоподобная. Марго – маламут. У неё серьёзные чёрные глаза. Марго двигается как спокойная морская волна, перекатываясь с лапы на лапу и, незаметно глазу, вперёд.

На неё смотришь и понимаешь почему у хасей матриархат является обычным делом. Это вам не безалаберный папаша, который на ручки прыгает к незнакомым людям и в рожу лижет, не спросив справку от дерматолога.

Марго подошла ко мне медленно. Я раскрыла ладони и осторожно протянула ей, отдавая дань старшей. Не отрывая взгляда от моих сосредоточенных глаз, она обнюхала пальцы. Удостоверившись в моих добрых намерениях, а также в том, что на ладошках нет ничего страшнее слюней своего супруга, кивнула.

Я кивнула в ответ – будем знакомы.

Она отошла на пару шагов и легла на траву, сделав вид, что не заметила, как по ней тут же промчалось всё коротколапое стадо, наступая ей на морду. Остин в вольере взвыл от досады, что не может также. Марго в ответ рыкнула, и счастливый папаша закатался в уголок, накрывшись своей раскатанной губой.

А во дворе кипела жизнь.