Жизнь с хаски глазами кошатника, Или #Хасководам_номер_раз

А этим ещё и заниматься надо, он генетический охотник! Что я, рыбак, с ним делать буду? Приманивать им тигров в тайге, как десертом?

Я брошу трубку и всю дорогу до дома (и дома тоже) буду плакать. Потом позвоню маме. Она скажет, чтобы я не переживала, успокоилась и не думала о плохом, она что-нибудь придумает. Я проплачу два дня. Буду метаться в мыслях, почти решусь на вторую собаку в доме. Хотя, к этому времени, я уже прекрасно буду видеть все пасмурные перспективы обладания даже одним щенком в городской квартире.

Мы с благоверным обсудили сложившуюся ситуацию и приняли решение, что будем искать Айхалу другую семью. Потом будем обязательно отслеживать его жизнь, и сразу заберём обратно, если нам что-то не понравится. Мысленно я себя уже уничтожила, разорвала на части, переварила в кислоте, вздёрнула на рее и похоронила за оградой кладбища под пение хора сатанистов. Мне было безумно стыдно за то, что я так просчиталась. Стыдно перед Айхалом.

Надо было не брать. Зачем я так с ним, за что он теперь будет страдать, этот маленький комочек? Он же ни в чём не виноват… Я уже списалась с Денисом.

Очень долго и нудно извинялась и объясняла ситуацию, сгорая от стыда, готовая сожрать свой телефон за одни раз и без майонеза. Предполагалось, что мы передадим щенка ему на время, пока будем искать новую семью. Денис согласился, но я буквально слышала грохот, с которым его доверие к нам обвалило земную твердь, и сейчас приближалось на сверхзвуковой к центру Земли, чтобы сгореть в ядре дотла вместе с моей совестью.

Ещё через три дня я решилась позвонить маме.

– Я приеду сегодня за Айхалом, – мой дрожащий голос был полон решимости.

– Зачем? – мама что-то жевала, и моё неубедительное предупреждение явно вызвало у неё удивление.

– Забирать.

– Ааа… Ты про это. Да не надо.

– Почему? – я пыталась бесшумно затолкать комок из слёз обратно внутрь себя.

– Да папа вчера ему будку купил за двадцать пять тысяч. Сидит во дворе, налаживает. Айхал пока на цепи посидит, потом папа вольер будет им двухместный строить.

Я захлебнулась в противоречивых эмоциях. Не знала радоваться, или переживать. А вдруг потом передумают, и что? Взрослую собаку пристраивать это вообще практически безнадёжное мероприятие. Потом взяла себя в руки, и написала Денису, что папа сдался. Денис не особо поверил, но принял информацию с облегчением. И я позволила себе выдохнуть.

Всё, что ни делается – всё к лучшему. И папа у меня замечательный, хоть и суровый.