Жизнь с хаски глазами кошатника, Или #Хасководам_номер_раз

Особенно глупо по мнению кинологов (и собак) ругать пса в момент вашего возвращения домой, то есть когда с момента совершения убийства очередной вашей собственности могло пройти от нескольких минут до нескольких часов. Да, вам может показаться, что собака полна раскаяния – ложится на пол, виляет хвостом, пригибает уши, делает грустные глаза. Нет, это просто признаки того, что собака пытается вас успокоить, вас – такого большого человека, который явно хочет причинить псу какой-то вред. В его глазах вы в такой момент просто необоснованно злое чудище.

Я знаю, я сама чудище.

То есть нет никакого смысла в таком методе воспитания, поскольку он не принесёт желаемого вами результата. Зато может принести стресс и психологическую травму собаке (да, с собаками тоже случается).

Никогда нельзя бить щенка руками. Его, конечно, вообще нельзя бить, но если очень надо в воспитательных целях шлёпнуть по жопе или по носу, то не голыми руками. Нельзя приучать собаку к тому, что ваше прикосновение (тактильный контакт с вами) может причинить боль.

Если что-то явно идёт не так, используйте в качестве орудия возмездия свёрнутую газетку/ домашний тапочек/ тряпку. Но лучше выражать своё недовольство грозной интонацией, а в качестве наказания применять метод тотального игнорирования.

С таким базовым набором теоретических сведений, я чувствовала себя королевой ситуации. Ровно до тех пор, пока моя собака не поняла насколько её веселит то, как я выхожу из себя. Я не совсем помню, в какой момент это произошло, но…

До того, как мы завели собаку, я состояла в клане фашистов-чистоплюев.

Пожалуй, меня можно даже было назвать их теневым лидером, серым кардиналом.

У меня светлый интерьер, мебель цвета ряженки, шкафы молочного цвета, паркет светло-бежевый. И каждую субботу я остервенело надраивала всю квартиру до блеска. К тому же я аллергик, поэтому влажная уборка в любой момент могла принять (и неизменно принимала) масштабы пылевого геноцида. Я протирала влажной тряпкой пыль с верхних поверхностей мебели, подставив стул; протирала лампы и абажуры, плафоны, подоконники, все предметы, которые стояли на полках, розетки и выключатели, плинтусы.

Я боготворила лысого мужика из рекламы, подарившего миру средство для мытья полов без разводов. Паркет я доводила до идеальной чистоты, когда с пола можно было есть – ни отпечатка конечностей (на человечьих, ни кошачьих), ни волосинки, ни соринки. Да что там, с моего унитаза можно было есть, облизывая ободок.